Главная
Регистрация
Вход
Пятница
22-Марта-2019
15:27:04
Приветствую Вас гость | RSS
Aeterna
[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
  • Страница 2 из 6
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • »
Модератор форума: Вампир  
Форум » интересные произведения » Андрей Белянин, Галина Чёрная » профессиональный оборотень-1
профессиональный оборотень-1
ВампирДата: Вторник, 09-Февраля-2010, 12:40:40 | Сообщение # 6
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 186
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
* * *

Уже наступил полдень (а прибыли мы с утра), значит, будем обедать у гостеприимного охотника. Дом изнутри оказался намного просторней, чем это казалось по ту сторону входной двери. Просторно и довольно чисто, на деревянном полу расстелены желтоватые соломенные циновки, паутина только по углам и даже грязная тряпка для ног у входа Мебели минимум: пара шкур на стенах, большой кувшин с водой, маленький очаг и низкий обеденный стол (почему-то покрытый пылью) Когда мы вошли, пришлось, по обычаю, снять обувь на пороге. Хозяин, довольно приятной внешности мужчина лет тридцати, кланялся как попугай, стараясь нам услужить. Наверное, тут имело значение то, что Алекс выглядел самураем - человеком высшей пробы! "Среди цветов красуется сакура, среди людей - самураи" - так, кажется? Знатность рода, аристократическое происхождение, право на "пробу меча"... В глазах простых людей все это добавляло ему представительности, а в моих - сексуальности...
Охотник, которого звали Фудзума, жил не один, а с целой ватагой молодцев, которые были его друзьями и родственниками. Сейчас парни были где-то по делам и должны были вернуться к ночи. Обо всем этом я узнала от кота, когда наш хозяин отправился варить соевые бобы к обеду. У нас с собой был мешок с сухарями и вяленой рыбой, там же лежала пара кремней для походной жизни, бумажный зонт на случай дождя, холщовые плащи и всякая мелочь вроде иголок, ниток, деревянных чашек для риса.
Еще во время сборов я спрашивала Алекса, почему он не берет оружие своего времени - ведь оно намного более совершенное. Оказалось, что не все так просто. "Мы должны действовать по законам данной конкретной эпохи и не брать с собой на задание инородные этому времени и стране предметы, а тем более не должны решать ими исход дела. Недопустимо нарушать общее равновесие и гармонию. Чтобы операция прошла успешно, пользоваться можно только подручным оружием местных жителей", - ответил он. "Выпендривается, - тихо добавил котик. - Охотиться на летающие головы с лазерным автоматом для него слишком просто. Ох, Алина, скольких сложностей мы бы избежали, если бы он хоть чуть-чуть прислушивался к советам специалиста..."
Вскоре нас позвали к столу. Сидели на циновках, подогнув ноги, как самые заправские японцы. Мы достали сухари из наших припасов и с удовольствием приступили к соевым бобам в горшочках, которые поставил на стол охотник. Были еще нарезанные овощи не первой свежести, но наши желудки безропотно приняли и их, поскольку завтракали мы уже несколько часов назад.
- Слушай, когда ты спросишь у него про гоблинов? - не выдержав, осведомилась я у Алекса и, отправив в рот очередную порцию бобов, закашлялась - они у меня уже в горле застревали.
Лжесамурай сделал страшные глаза.
- Ты что, забыла, что нужно изображать глухонемую?! - рассердился он.
- У тебя не спросила! Он все равно по-русски не фурычит, - парировала я. - Нет, ну два часа молчу, как дура. За это время любой мог поверить, что я немая, поэтому теперь я имею право говорить, сколько хочу!
- Эй, вы двое! Простите, что перебиваю, но меня кормить вы собираетесь или так и будете продолжать набивать свои собственные животы, как последние эгоисты, в то время как я, глядя на вас, глотаю слюни, - возмущенно, одним предложением, выпалил кот и ударил лапой по столу.
Хозяин в полном остолбенении круглыми от ужаса глазами только и делал, что переводил взгляд с одного из нас на другого. Потом опомнился, вскочил с пола (все сидели, естественно, на полу, просто верх неудобства и хамства по отношению к гостям - ни одного стула!) и с воплями дернул наружу.
- Ну вот, теперь ты все испортила! - заметил Алекс странно мягким голосом, не предвещающим ничего хорошего.
- Почему сразу я?! У бедной гейши от вкуса соевых бобов разом прошла столетняя врожденная немота, и она чудом заговорила на неизвестном иностранном языке. В энциклопедии тайн и загадок такое встречается направо-налево! А вот заговоривший кот... Короче, виноват толстун, и точка! Агент 013 от таких обвинений застыл пухлым столбиком с протянутой к бобам лапой и не по-профессорски тупым выражением на морде.
- Да ладно вам... По всему, хозяин возвращаться не собирается, значит, дом нам достанется. Всегда мечтала о таком домике на опушке леса.
- Размечталась! Он дождется своих молодцев, и они приступом возьмут свое же жилище, а что сделают в их представлении с демонами, то есть с нами, можешь вообразить сама. Я, конечно, буду защищать тебя до последнего, но последнее может наступить слишком быстро. Здешние люди очень суеверны. Ого, кажется, уже идут...
Снаружи стали слышны топот и крики людей. Это нервировало, но безвыходных ситуаций не бывает... кажется.
- Может, отдадим им кота? - деловито предложила я, не обращая внимания на медленно откидывающуюся челюсть агента 013. - Говорящий кот должен быть главным демоном, тогда они нас отпустят - в конце концов, мы ведь обычные люди. А толстяка, я думаю, сначала помучают, потом повесят, а потом сожгут. Но все же лучше пожертвовать одним, чем погибать всем троим сразу.
- Логично! - подумав, быстро согласился наш командор. - Но мы пока никого сдавать не будем, лучше подождем. Пусть первый шаг сделают они.
Кот пересел поближе к нему и злобно уставился на меня. Крики, доносившиеся из леса, почему-то стихли. Но что-то слабо верилось в то, что нас оставят в покое...
- Эй, Алекс, может, ты выйдешь и посмотришь, точно ли они ушли? - попросила я. - Вдруг нам уже ловушку готовят - внезапно установившаяся тишина меня нервировала.
Он пожал плечами, встал и пошел к выходу.
- Стой! - вдруг закричала я. Алекс удивленно остановился, а я, не сдержав порыва, подбежала к нему и схватила за руку. - Знаешь, если ты не вернешься... - драматично выдохнула я, размазывая слезы по лицу, но тут меня отвлекла штука в виде медальона, которая висела у него на груди на веревочке. Я эту штуковину еще раньше заметила, и меня с тех пор страшно мучило любопытство: что это такое? Слезы разом кончились, клятв отомстить всем произносить уже не хотелось, а вот поинтересоваться напоследок... - Слушай, а зачем тебе этот медальон?
- Ну-у, - замялся Алекс, - это "переводчик", он помогает понимать язык, на котором говорит мой собеседник, и соответственно говорить с ним.
- Ах вот он какой, "экспресс-метод изучения японского"! Наверное, и у кота такой же есть? Тут уж Васька не смог промолчать:
- Ничего подобного! Я профессиональный лингвист и знаю японский уже лет десять, со всеми устаревшими диалектами, но не у всех же такие способности к языкам!
Наш самурай, казалось, был смущен:
- Данная операция не требует прохождения спецкурса языка, который действительно существует, потому что кратковременна, - на нее нам отпустили не больше двух суток. И потом, заранее не предполагалось такого уж тесного общения с местными жителями. Однако придется. Ладно, я пошел. - И он повернулся к двери.
- Я с тобой, - быстро сказала я, преграждая ему путь, - мне совсем не хочется тут оставаться. Пожалуйста, не оставляй меня одну!
- Но ты же не одна, ты - с агентом 013. Он позаботится о тебе, - попытался отвертеться Алекс.
Из внешнего мира по-прежнему не доносилось ни звука. Куда же подевались все люди, ведь совсем недавно были слышны их голоса. Процентов сто за то, что они караулили нас недалеко от дома, скорее всего за пригорочком, через который мы перевалили, еще когда подходили к домику. Но я твердо решила идти с Алексом, может, нам удастся их уболтать и привести убедительные доводы в пользу того, что наш кот не демон. Вернее, демон, конечно, раз говорит, но демон - добрый! Это я и выложила компаньонам как основной тезис. Подумав, они признали разумность моих доводов. Потом посовещались еще и в конце концов решили идти втроем, так как у профессора была конкретная идея.
- Я им скажу, что я просветленный кот, милостью неба научившийся говорить! Этот дар я получил совсем недавно, живя в том же монастыре, где и наша немая гейша. Там я проводил время в неустанных молитвах, постился, пытался полностью отрешиться от бренного существования, пока наконец не обрел благость и не удостоился дара человеческой речи! Видимо, небеса дали мне его для того, чтобы я нес истинные знания людям.
Похоже, наш кот и сам в это верил - я в этом почти не сомневалась, - но тем легче будет убедить остальных. Командор велел нам отойти в сторону от двери, сделал страшное лицо, обнажив свой самурайский меч. Я взяла ножик (на всякий случай, хотя отродясь еще никого не зарезала), а потом он пинком открыл дверь. Пауза. Камни и стрелы, бревна в нас пока не полетели...
- В непосредственной близости никого. Но за тем пригорочком явное шевеление. Там точно кто-то есть, и, судя по ряду подрагивающих рогатин, торчащих поверх кустов, человек семь-восемь... - сообщил крутой профи.
Мы с котом подошли к двери и признали его правоту. Потом втроем вышли из дома, и Алекс поперся вести дипломатические переговоры. Я, конечно, ни слова не понимала из того, что он говорил. Но, судя по тому, что рогатины вдруг замерли в недоумении, те, кто сидел в засаде, понимали и даже слушали первые полминуты. После этого из-за пригорка показалось не меньше десятка голов, и в нас полетел такой град камней...
Ей-богу, через пару минут завалило бы как сусликов! Хорошо еще мы вовремя отступили, а если бы вовремя не заскочили обратно в дом... Нравится мне это "если бы...", всегда помогает выкрутиться в трудную минуту. Мы закрыли дверь и только тут обнаружили, что кот остался снаружи. Ему ничем не попало по голове из-за малого роста (ну-у, сравнительно малого), кроме того, он был слишком уверен в силе своего ораторского искусства. Звать его назад было бесполезно... Он только огрызнулся, чтобы я не высовывалась, когда попыталась воззвать к его разуму. После чего кот начал толкать речь! Я, как всегда, дура дурой сидела у двери, не понимая ни слова, но... Как видно, сила его убеждения была такова, что нас перестали бомбардировать - только ровная размеренная речь агента 013, раздававшаяся среди благоговейной тишины.
- Он и мертвого убедит, что тот живой! Я этого профессора не первый год знаю, - сказал Алекс, спокойно доставая сухарь из мешка, пока я смотрела в щелку двери. - Будешь? И вот бобы еще остались...
- Спасибо, лопнуть во цвете лет мне не улыбается, - отказалась я. - Слушай, долго он еще будет болтать? А то после обеда всегда в сон клонит...
Я зевнула, глаза слипались, прошло не менее получаса, как кот вел свою проповедь - иначе чем проповедью его речь назвать было нельзя.
- Пока они все не примут его точку зрения на Бога, философию, религию, происхождение вещей и на сущность бытия, - ответил Алекс, продолжая хрустеть сухарем.
Я выглянула наружу и увидела, что напротив нашего кота кружком, побросав оружие, сидят десять наших оппонентов и восхищенно слушают усатого апостола. И это были мужчины самых разных возрастов примерно от восемнадцати до шестидесяти, судя поблеклой одежде и грязноватому виду, это были дровосеки и охотники. Фудзума сидел среди них и точно так же таращил глаза, как и его товарищи, благоговейно внимая речам нашего ученого кота.
Мы с Алексом, заскучав в доме, вышли тихонечко, присев рядышком с самым крайним слушателем. Потом командор еще больше заскучал - он и не вникал в суть речи кота, хотя у него и был медальон "переводчик". Наконец не выдержав, он обратился к коту:
- Напарник, ты затянул представление. У нас и так времени в обрез, пора закругляться. Этих ты уже обработал, а нам до ночи надо будет успеть найти головы узкоглазых рокуро-куби-гоблинов, не забыл?
При его последних словах "обработанные" вдруг закопошились, с явным испугом в глазах посматривая на нашего самурая. Понять его слова насчет гоблинов они вроде бы никак не могли, но наверняка уловили "рокуро-куби...". Кот замолк, всем своим видом выражая искреннее возмущение и недовольство тем, что его перебили. Он уже собирался разразиться гневной отповедью, но Алекс поднял руку:
- Еще раз повторяю, благодаря твоей лекции они уже получили какую-то пользу для души и даже чуть-чуть просветились. Но сам знаешь - у нас задание. Пора.
- Ладно, Алекс, ты прав. Сейчас я только успокою их насчет гоблинов. Скажу, что мы пришли спасти мир от этой напасти.
Они потом еще долго говорили, но уже по-японски, чтобы я не поняла. Ну и подумаешь, больно надо... А я сидела и думала: "Странно, десять мужиков в одном доме и ни одной женщины. И что они все тут делают?" Мысли были грустные, в основном почему-то о Моисееве и Элтоне Джоне. Наверное, это телевидение виновато, хотя кто их разберет...
- Неужели мы на ночь глядя попремся в лес? - опросила я без всякого энтузиазма, прихлопнув очередного комара. Эти кровососы доставали с того самого времени, как начало садиться солнце.
- Да, порыскаем, приборы ночного видения у нас есть, - ответил Алекс. Он, так же как и я, яростно чесался.
- Ага! А говорили, будто пользуемся техникой, только соответствующей данному отрезку времени-и... Брехуны!
- Это я настоял! - гордо выпятился котик.
Наш самурай мрачно выудил из-за пазухи некое подобие аквалангистской маски, мне стало его даже чуточку жаль.
- Ладно уж, но если мне приходится идти на такие жертвы - проводить ночь в лесу, полном озверевших комаров, то есть практически отдавать им себя на съедение, то у меня к тебе маленькая просьба.
И я одолжила у него поносить медальон "переводчик". Все равно в лесу нам вряд ли встретятся люди, говорить и слушать скорее всего будет некого, поэтому Алекс отдал мне его без разговоров. И сбегал в дом, чтобы прихватить наш мешок. А я переключила внимание на японцев. Кот к тому времени уже сделал объявление о миссии избавления, но охотники, похоже, не очень-то верили в наши возможности. Ко мне подошли двое любопытствующих парней с ухмылками на лицах.
- Вы что, всерьез решили победить рокуро-гоблинов? Разве вы не знаете, что они бессмертны? - с издевкой спросил один из них.
- У нас другая информация, - интригующим тоном ответила я, одарив обоих высокомерным взглядом. Судя по их лицам, они заинтересовались еще больше, но я не собиралась с ходу раскрывать все карты.
Тем более, что сама ничего не знала. Времени не было расспросить ребят, когда те тщательно изучали досье, я подбирала себя платье на складе. Там были специалисты, которые занимались тем, что подыскивали и подгоняли костюмы под конкретную эпоху, время и место действия. А я уперлась, приглядев обалденное шелковое кимоно, ни за что не хотела с ним расставаться. У-у, меня долго убеждали, что, несмотря на то, что кимоно сидит на мне просто шикарно, у охотников и рыболовов, составлявших основную часть населения острова Хоккайдо, возникнет здоровое недоумение - им и во сне не могла присниться элитная гейша в императорском кимоно эпохи на две вперед. Можно подумать, мне было до этого дело?! Переживут как-нибудь...
Алекс с дорожным мешком в руках призывно помахал мне рукой - они с котом уже направлялись к лесу, и я поспешила к ним. Кот выяснил у местных, где ближайшая деревня, и громко объявил, что нам туда надо успеть до ночи.
Углубляться в лес мы не стали - минут через десять ходьбы командор дал команду остановиться. Я присела на ствол поваленного сухого дерева. Было довольно прохладно. Алекс свалил мешок на землю, а Пусик уселся подальше от меня, но на то же бревно. Мы по-прежнему не разговаривали.
- Так, пора держать совет, - объявил Алекс, глядя, как я, скинув гэта, с наслаждением массирую затекшие ноги. Видимо, я увлеклась и чересчур высоко подняла подол... - Как ты думаешь, агент 013, где они прячут тела?
- Основной тайник в доме. Это я успел заметить, когда хозяин отвлекся на твою болтовню. Во время тщательной проверки полов под одной из циновок явно прощупывалась крышка от хода, ведущего вниз. Просто в том месте сильно дуло. А потом, когда хозяин прошел по этой циновке, она прогнулась и чуть слышно скрипнула. В остальных местах пол очень ровный.
- Хорошо, а как же тогда головы вылетают на охоту? Они ведь закрывают крышку за собой и оставляют циновку так, чтобы она легла сверху, когда спускаются туда по вечерам.
- Наверняка с задней стороны дома есть окошечко, замаскированное... допустим, растущими перед ним сорняками.
Все это было не очень понятно для меня, поэтому я особенно и не слушала. Достала из мешка холщовый плащ, укуталась, сразу стало и тепло, и комары меньше кусали. Откопала большущий сухарь и с нескрываемым удовольствием съела его весь. За это время ребята приняли решение никуда не двигаться отсюда до темноты.
- Эй, сотрудники, я хотела спросить, мы что, не идем сегодня в деревню? А на фига ж тогда толстун выяснял, как нам туда добраться? Извините, но я сейчас так хочу спать, что уже ничего не соображаю.
Кот и Алекс посмотрели на меня с пониманием - с пониманием не в хорошем смысле этого слова, а как на круглую дуру.
- Деточка, как бы тебе объяснить попроще, так, чтобы дошло? - озадачился кот, состроив искреннюю озабоченность на наглой морде. - Просто нам нельзя далеко уходить, а деревня, как ты понимаешь, не близко, и возвращаться пришлось бы долго. А, чем дольше мы находимся в лесу, не предпринимая активных мер против летающих голов, тем быстрее они нас найдут, а кусают они куда сильнее комаров.
- Спасибо за разъяснение, - язвительно заметила я, тем не менее мало что поняв. Глаза слипались, и я расслабленно пробормотала: - Алекс, можно я постелю твой плащ на бревно и посплю немножко?
Командор как раз надевал этот плащ, а я мягко, но решительно отобрала его (Алекс не сопротивлялся). Потом уютно устроилась на жестком дереве, деликатно передвинув кота. Мурзик, не стерпев, что его хватают руками, с оскорбленной физиономией спрыгнул на землю, что мне и требовалось... Теперь можно вытянуть ноги, я улеглась и тут же стала засыпать.
- Не забудьте... меня... разбудить, когда... эти ваши головы прилетят. Мхм-м, хр-р-р...
Когда меня растолкали, было уже совсем темно. Алекс надел на лицо свою маску, и я постепенно вспомнила, уже окончательно проснувшись, что это прибор ночного видения. Они с котом о чем-то переговаривались шепотом, а потом повернулись ко мне:
- О! Вижу, что ты полна сил и энтузиазма. Самое Время трогаться, головы, по моим подсчетам, уже успели выйти на охоту и должны ринуться за нами в погоню. В сторону деревни, естественно... Вряд ли кто-то из них останется у дома - там просто нечем поживиться. Значит, путь свободен.
Я села, протерла глаза и бросила взгляд на мои гэта, валявшиеся в траве.
- Ладно, идем. Только не заставляйте меня снова надевать эти колодки - у меня чувство, что в кандалах ходить намного легче.
- Личный опыт?! - с любопытством спросил кот. И опять я сдержалась, не пнула его. А жаль. Вместо этого покорно потопала за командором... Орлов держал меч на изготовку. Оглянувшись, он с удивлением обнаружил, что я не надела прибор ночного видения.
- Зачем он мне? Видеть мир в зеленом свете? Тут благодаря луне не так и темно, а об свои ноги я не споткнусь. Разве что об кота, но это с превеликим удовольствием...
Алекс почему-то не стал слушать, а просто напялил мне на голову эту штуковину:
- Гляди внимательно! Заметишь хоть что-то подозрительное - докладывай мне. Ясно?
- Ясно.
- Они могут броситься на нас в любой момент. Неожиданность - их козырь!
- Ты о комарах? - неудачно пошутила я, как-то сразу сникнув. После предупреждения опытного агента в лесу стало неуютно, и неприятный холодок пробежал по спине.
Поначалу идти босиком было намного легче, но вскоре я почувствовала еще большее неудобство от того, что шагать приходилось не только по мягкой траве - сухие веточки и камешки сильно кололи ноги. Минут через двадцать я уже так жалела себя, несчастную, что готова была разрыдаться.
"Что я делаю тут ночью с этими двумя бесчувственными чурбанами, которые спокойно топают и совершенно не думают обо мне... А сейчас еще прилетят эти легендарные головы и начнут кусать и вгрызаться прямо в руки, шею, мои босые ножки... Главное, чтобы не трогали лицо! Шрамы потом останутся, а на пластическую операцию я еще не накопила. Боже, за что мне все это?! Зачем я пошла не тем переулком из института? Зачем я сдавала зачет именно в этот день? Зачем преподаватель, скотина редкостная, назначил его на такой поздний час? Зачем я вообще поступила в этот поганый институт?!"
- Алина, не отставай, - обернувшись, предупредил командор.
- Ага, иначе какая-нибудь голова с ушами укусит тебя за пятку, - хихикнув, пошутил кот, я одарила его ненавидящим взглядом.
- Алекс, куда мы тащимся? - Легче страдать, когда в этом есть смысл.
- Возвращаемся в дом Фудзумы, где мы были сегодня днем. Находим тела гоблинов, скорее всего, они должны быть в подполе, отмеченном агентом 013. Если они там, ищем окошечко, через которое вылетают головы, - это должно быть довольно большое отверстие или даже два. Заваливаем все их камнями, благо рядом с домом много камней и валунов, главное - не оставить ни одной щели, чтобы они не могли проникнуть под дом. А в самом помещении крышку в подпол закрываем, кладем циновку, сверху наваливаем стол, а на него булыжники - чем тяжелее груз, тем лучше. Но это для перестраховки. На самом деле головам нечем будет даже открывать эту крышку, разве что зубами. Главное, чтобы они не смогли добраться к своим телам до рассвета... С первыми лучами солнца бедняги начнут усыхать, сморщиваться, пока не подохнут! - предельно доходчиво объяснил мне Алекс.
- И что, у них тела без голов лежат себе на полу в рядочек до самого рассвета? - медленно произнесла я, думая про себя: "О небо, какая чушь! Разве такое может быть в реальной жизни?" Однако, тут же вспомнила, что сам факт существования летающих голов меня до этого времени как-то не удивлял. Постепенно до меня дошло то, о чем мои товарищи знали с самого начала, а именно: наш хозяин и его дружки, казавшиеся обычными людьми, с кем я общалась сама, ничего подозрительного в них не выявляя при этом, так вот, они не люди, а гоблины, у которых ночью отделяются головы и нападают на людей... Реальная нежить! Это более чем шокировало...
- Надеюсь, что так оно и есть. И все тела находятся в одном месте, что избавит нас от дополнительных хлопот.
- Вэк... А зачем ты признался им в том, что мы охотимся на гоблинов? - удивленно спросила я, вспоминая то, что было днем. - Ведь теперь они наверняка насторожились и вполне вероятно приняли какие-то меры, чтобы уберечься от нас, подстраховаться, перепрятаться, в конце концов.
- Навряд ли, - вступил в разговор наш умный кот. - На самом деле мы хотели этим дать им понять, что и мысли не допускаем о том, что они и есть те самые гоблины. Эти головы уже давненько держат в страхе всю округу, да и на всей протяженности острова о них хорошо знают. А охотников на себя они не боятся, даже радуются при встрече, потому, что ни разу еще не терпели неудачу. Они с самого начала знали, кого мы ищем. Поэтому надо было дать им понять, что нас нечего опасаться, что конкретно наших хозяев мы ни в чем не подозреваем. Плюс (если они, конечно, нам поверили) они считают, что мы сейчас в той дальней части леса, у которой раскинулась деревенька, куда нам надо по каким-то своим делам. А значит, полетят следом, нюх у них не очень.
- Подожди, а что ты там говорил о наших предшественниках? Выходит, мы не первые, кто охотится именно на эту группу гоблинов. Что же произошло с остальными? - осторожно спросила я, морщась от постоянных уколов - идти приходилось по сплошному ковру кедровых и сосновых иголок. Хвойный лес - это, конечно, красиво, но он кажется еще красивей, когда отправляешься гулять по нему в удобных кроссовках на толстой подошве. Я даже пожалела, что бросила свои неудобные гэта у того бревна. - Ладно, можешь не отвечать, в принципе и так понятно...
Но кот уже открыл пасть, видимо собираясь разразиться пространным рассказом о мучительной кончине этих смельчаков со всеми описательными подробностями, как Орлов приложил палец к губам. Выражение его лица говорило о том, что враг не дремлет.
Впереди остались лишь редкие деревья, но, когда мы уже выходили на опушку, где стоял дом, вдруг закапал дождь. Сначала закапал, а потом и полил. Хоть на мне и был плащ и, в сущности, я не промочила ничего, кроме ног, но почувствовала себя еще мерзостнее. Наконец мы подошли к дому. Дверь была не заперта, хотя внутри никого не оказалось. Я заскочила первой, привалилась к стене, перевела дух и решительно объявила:
- Все! Хватит! Я остаюсь здесь и больше за порог ни шагу. Когда покончите со всеми своими делами в Японии, не забудьте забрать меня отсюда.
Алекс мгновение удивленно смотрел на меня, потом, ни слова не говоря, сбросил плащ на пол и откинул среднюю циновку.
- Да-да, там, - подтвердил кот, деловито отряхивая мокрые лапы (на нем тоже был маленький, специальный плащ). Под этой циновкой действительно обнаружился люк, ведущий в подпол. - Надо действовать быстро, пока головы не появились.
- Столько разговоров о них, а мы еще ни одной не видели. Быть может, кое-кто кое-что, как всегда, перепутал... - скептически заметила я. Обидно было, что эти двое практически не обратили внимания на такое заявление.
- А тебе не кажется странным - на дворе уже ночь, а хозяев почему-то нет дома, - заметил толстун, презрительно глядя на меня. На его наглой морде явно читалось: "Взяли на свою голову глупую девчонку, от которой не только помощи не жди, а она еще будет мешаться со своими идиотскими вопросами!" Честное слово, самым крупным шрифтом...
А наш герой зажег свечку и, перед тем, как спуститься в подвал, спокойно сказал: - Ты права, Алина, все надо проверить. Мы в подполье, а ты сиди тут, будешь у нас на страже. - И он прыгнул в открытый люк.
Его слова меня сильно задели... Я не девочка на побегушках!
- Какого черта?!! Я специально не буду стоять на страже, назло вам! С какой стати?! Я что, нанималась? За кого вы, вообще, меня тут держите?
Кот покачал головой, что, видимо, значило: "Это мучение, видимо, нам надолго..." Он уже почти собрался прыгать вслед за Алексом, но что-то замешкался и предварительно осведомился, сунув голову в люк:
- Мр-р, что там?
Услышав невнятное бормотание, профессор, похоже, проявил еще большую нерешительность. Но, встретившись с моим убийственным взглядом, заметался, собравшись прыгать, тут я, быстро подскочив, схватила его за шкирку:
- Стой! Давай поменяемся, я в подвал, а ты стоишь тут на стреме. Заметано?
И я, не дожидаясь его согласия, спустила ноги во мрак неизвестности и, зажмурив глаза, прыгнула с пола прямо в темноту. Бах! Буме! Тарарах!... Не буду приводить здесь яростную и громкую ругань, извергшуюся из уст моих и Алекса одновременно, - я свалилась прямо ему на спину (похоже, он сидел на корточках) и, естественно, затушила свечу.
- Смотри, куда прыгаешь!!!
- Я при всех говорила, что собираюсь вниз! Если у тебя уши заложены или наследственная глухота, я не виновата!
Крыть было нечем, Алекс молча опустился на колени в поисках свечки.
- Стой на месте! - велел он. - Пока я не зажгу свечу, даже не дыши.
Похоже, ее он уже нашел и теперь вовсю щелкал кремнем.
- И не подумаю! - разозлилась я. Всегда делаю все наоборот, когда со мной разговаривают в таком тоне. Вытянув руки, я сделала два шага вперед и конечно же чуть не упала.
- Черт побери! Раскидывают что попало, ханурики поганые, чтобы гуляющие тут ноги ломали! В суд на них мало подать!
Разозлившись, я пнула ногой по чему-то мягкому.
- Гуляющие тут не предусматривались! - хмыкнул Алекс, наконец-то зажег свечу и с ухмылкой уставился на меня, ожидая моей реакции... Я распахнула рот. - Согласно анкете, сердечных припадков у тебя в роду ни у кого не было? - нарочито заботливым тоном ехидно подчеркнул агент по борьбе с монстрами.
Но его сарказм до меня дошел не сразу, потому, что я в тот момент пыталась нащупать руками стенку позади себя, чтобы не упасть. Увы, позади нащупывалась только пустота, поэтому мне ничего не оставалось, как устоять на ногах. Колени прыгали, и было от чего... Я увидела, обо что споткнулась или что пнула. На полу прямо передо мной лежали в ровный рядок тела наших знакомых охотников-дровосеков. Во главе с добрым хозяином Фудзумой (его я узнала по платью). Нет, все это не было бы настолько странным, чтобы вызвать у постороннего шоковое состояние… Подумаешь, здоровые мужики решили переночевать в погребе, довольно заманчивые преимущества перед постелью - холодный земляной пол и просто восхитительный запах плесени. Дело на любителя, может, у них такие вкусы...
Все это можно было бы понять, если бы дело не усложнялось нехваткой у "спящих" такой важной части тела, как голова. Вы можете сказать: что тут удивляться? Все к тому и шло - к обнаружению безголовых гоблинов в сыром подполье. Да я сама даже уносилась к этому восхитительно легко, смущая умного Мурзика, пока не увидела своими глазами, то есть, не столкнулась с реальностью. А подобное столкновение губительно для романтично настроенных барышень. Еще бы! Десять средневековых жмуриков с синеватой кожей и гладкими срезами на шее, которые. Даже не кровоточили.
- Роскошь! Голливуд отдыхает... И что теперь? - только и смогла произнести я, сглотнув и вопросительно уставившись на Алекса.
Он протянул мне свечку (очевидно, чтобы дать возможность сполна насладиться великолепной картиной) и ответил:
- Мешкать не стоит. Будем искать дыру в стене, через которую они вылетают наружу. Возьми у меня за пазухой еще четыре.
Я трясущимися руками набрала свечей, лихорадочно зажгла несколько и, отдав пару из них Алексу, три свечки сжала в руке, после чего, освещая ими стены, стала искать этот самый выход наружу. Теперь у меня и мысли не появлялось, а имеет ли Алекс право мне приказывать.
- Ну что там? Нашли, что ожидали? - послышался сверху слегка дрожащий, однако, по-прежнему важный голос толстяка.
- Да, они все тут штабелем уложены, - сплюнув, деловито ответил командор. - Все десять.
- Отлично! Пока нам везет. Я обойду дом вокруг, поищу нужное отверстие снаружи, - оповестил кот.
- Удачи!
Алекс стал осматривать противоположную стену. Вообще, в подполье ничего, кроме покойничков (не знаю, можно ли их так называть, ведь не такие уж они и мертвые), не было, земляной пол, земляные стены и только над головой неструганые бревна. Наконец, я разглядела маленькую дыру наподобие лаза в собачью конуру. Я поднесла огонь поближе, чтобы убедиться, что дыра действительно ведет наружу, - сильный сквозняк чуть не задул свечи. Стук дождевых капель слышен был повсюду, дощатая стена дома, похоже, была довольно тонкой.
- Нашла! - объявила я.
- Тут тоже есть один выход, - откликнулся спецагент.
В этот момент я увидела еще одну дыру, поменьше. Сколько же их тут? Оказалось, что в каждой стене по одной. В подвал дождь не заливал, потому что эти отверстия были выше уровня земли и сверху закрывались козырьком. Да, грамотные жмурики! Встав на цыпочки, я сунула руку в одну из дыр, и мои пальцы схватили что-то мягкое и пушистое.
- Аи!!! Тут голова!!! - Я с воплем отдернула руку. Тут же рядом со мной на пол прыгнуло что-то округлое и возмущенно произнесло:
- Деточка! Зачем же так орать?! Даже в лесу, я думаю, было слышно...
- О! Извини, - растерянно произнесла я, - это ты, зараза...
- Вот слякоть! А дождь льет как из ведра. Абсолютно не кошачья погода, - прокомментировал кот, к счастью не расслышав моих слов.
Хорошо, что в его времени База получала плащи для котов, иначе бы, я думаю, Васька сейчас находился предынфарктном состоянии от одного вида дождя, как это обычно бывает у этих домашних питомцев, и не мог бы быть полноценным помощником.
Мы вылезли из подполья (изнутри законопатить дыры было нечем - если мебелью, то в доме ее раз-два и обчелся), закрыли люк, сверху положили циновки, придавили столом - крышка у него была тяжелая. Потушили свечи, надели плащи и отправились собирать камни. Перед этим в доме, под циновкой, я обнаружила пару стоптанных тапочек на завязочках. На два размера больше, но... Давно я не испытывала такого счастья и сразу почувствовала прилив сил. Командор только дивился моему энтузиазму - я набирала полный подол камней, валявшихся вокруг дома, и закидывала все это одним рывком прямо в дыру, ведущую в подвал. Потом снова набирала камней и, не сбавляя скорости, кидала их в ту же дыру. Подол трещал от тяжести, под ногти набилась грязь, пот катился по лицу, а я буквально летала со скоростью болида. После третьего захода Алекс сам остановил меня, перехватив за рукав и с силой оттаскивая от "завала".
- Эй, ты хочешь весь подвал засыпать? Но мне кажется, что на это даже с твоей феноменальной работоспособностью уйдет не меньше суток. И камни тебе придется таскать вон с той скалы - поблизости они уже просто кончаются, - сообщил он сочувственным тоном.
Я остановилась и глянула на результат своей работы - рядом валялось всего несколько мелких камушков. Самурай притащил пару булыжников, которыми сразу и заделали лаз, сверху для надежности завалил большим валуном, а я посыпала все это своими камушками. Интересно, чем теперь головы будут пытаться разбирать завалы, ушами? И когда они сами появятся? Меня уже снедало любопытство. Котик обходил дозором вокруг дома. Мы уже заделывали последнюю дыру, как раздался его крик:
- Полундра!!! Все по местам! Они летят сюда! Фр-р!!! Мяу!!!
У меня подкосились ноги, и я бухнулась прямо в грязь под стеной дома - любопытство разом закончилось.
- Нашла время отдыхать, - удивленно заметил Алекс. - Может, повременишь? В любом случае утром все закончится. - Не дожидаясь ответа, он рывком поставил меня на ноги. - Найди себе какую-нибудь палку на всякий случай и отмахивайся, если прижмут. Мне сейчас некогда.
Вытащив свой самурайский меч, командор кинулся в ту сторону, откуда звенел голос кота, там, в воздухе, действительно маячило что-то белое и круглое. Я стала озираться в поисках подручного оружия. Надо было мне наплевать на межвременные порядки и одолжить у Стива бластер. Но сейчас об этом думать было уже поздно. Я спустилась к оврагу, который находился в паре метров от дома. Есть! На земле валялись разные сучья, нашлись и довольно толстые, с бейсбольную биту. Я схватила сразу два сука. Поочередно ободрала с них мелкие ветки и приготовилась к атаке. Прошла пара мгновений. Никого.
- Ну-у, я так не играю, - разочарованно протянула я. - Может быть, этот момент, когда я на деле готова драться, быстро закончится и больше не повторится. А проклятым головам, конечно, наплевать на мои душевные порывы.
До меня доносились мерные звуки ударов, свист меча и кошачьи боевые кличи (такие от них можно услышать в марте, во время очередного побоища двух соперников за право обладания прекрасной кошкой, которая в это время уже ушла с третьим). Я слышала еще какой-то инородный вой и странные клацающие звуки. Но из-за темени ничего не было видно, свой прибор ночного видения я оставила в нашем мешке. Ну его... я в нем на ондатру похожа! Решила пойти в сторону наших, полагая, что моя помощь при любом раскладе пригодится, и там уже разглядела сразу несколько белых пятен, летающих вокруг Алекса. Монстры попеременно, а то и все вместе нападали на него, бедняга резво отмахивался мечом, кот в сторонке сражался, пустив в ход когти и зубы, с одной особо крупной особью.
Я выронила одну палку, а другую сжала обеими руками. Белые пятна приобрели очертания, у них появились страшные оскаленные пасти, издающие отвратительные чавкающие звуки, а из глаз лился фосфоресцирующий свет. Меня пока не замечали, поэтому я, чувствуя, как холодеет спина, и логично рассудив, что я тут пока лишняя, отступила обратно к дому. "Разумнее всего переждать сражение и присоединиться к победителю", - решила я, заворачивая за угол дома.
- Привет, красотка! А не выпить ли нам саке вечером? - раздался рядом приветливый голос.
Я подняла расширенные от ужаса глаза - прямо перед моим лицом в воздухе висела голова с довольно симпатичным с виду лицом и приятной улыбкой. Портили впечатление только большие оттопыренные уши, которыми голова помахивала в воздухе. Как оказалось, они являлись средством передвижения, вроде крыльев. Тут у нее изо рта вдруг закапала слюна, и это вывело меня из ступора. Размахнувшись палкой, я заехала ею по приветливой черепушке со словами:


по всем вопросам о размещении рекламы и новых книг обращаться в аську.
 
ВампирДата: Вторник, 09-Февраля-2010, 12:43:08 | Сообщение # 7
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 186
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
- Спортсмены не пьют! А я, между прочим, играю в районной женской бейсбольной команде. - Врала безбожно... Откуда у нас в городке бейсбольные команды? Я и правил этой игры близко себе не представляла. Потому что патриотка, а не абы кто!
Удар получился довольно сильный - голова с дикими воплями и проклятиями отлетела метров на десять. Но теперь в мою сторону развернулись сразу три. Морды у этих уже не отличались кротостью и доброжелательностью, и, глядя на их изуверские выражения, я попыталась настроиться на самое худшее. Чавкая и отпуская фразы типа: "Сейчас закусим! Ням-ням!", "У женщин мясо сочнее, чавк-чавк!", "Зачем играться с палкой, крошка! Отдай мне на зубочистки!" - они кинулись с разинутыми пастями прямо на меня.
- А-а-а! Уроды! Отпустите! Убери свои грязные зубы, скотина японская! - кричала я не успевая отбиваться сразу от троих. Одна вцепилась мне в ногу, вторая норовила укусить за шею. Вот ее я успела схватить за длинные нечесаные волосы и быстро намотала их на левую руку, вращая при этом истошно вопившей головой. Третья вцепилась мне в правую, которой я держала палку, - естественно, я ее тут же выронила. Инстинкт самосохранения добавил мне сил, и я, уже ничего не соображая, не ощущая боли и чувствуя, как внутри меня сковывает ужасом, стала бить этой головой по стене дома.
- Ах ты мразь болотная! Щас, съешь ты меня, подавишься, обжора!
Вторая голова, которую я держала за волосы, возмутилась:
- Милая гейша, оставьте моего друга в покое. Вы уже обеспечили ему сотрясение мозга, бедняга в отключке, еще немного, и он отдаст концы.
- Чего?! Отпустить, чтобы он снова начал кусать мне руку? - Я продолжала стучать об стенку головой, которая действительно уже закатила глаза.
- А чего вы хотели? - удивился "заступник". - Вторгаетесь среди ночи в частные владения, шуруете тут что-то явно противозаконное, а мы, хозяева, не можем даже вступиться за свои права. Мой собрат только попытался спросить у того самурая, вашего знакомого, в чем, собственно, дело, как был тут же рассечен надвое. Где справедливость? - Голова скорчила страдальческую мину, демонстрируя "свою искреннюю печаль по поводу людской жестокости и несправедливости" и на тему "куда катится мир".
Я поневоле потеряла бдительность, слушая этого "борца за права", и в итоге поплатилась укушенной рукой.
- Аи! - Злодей вцепился зубами мне прямо в запястье, пытаясь перегрызть артерии, но я вовремя треснула его об стену хижины. - Гад ползучий!
Кот, услышав мои крики, прибежал ко мне, вероятно, чтобы помочь. Очень трогательно! Добрый котик. Он расширил свои зеленые мерцающие глаза:
- Как?! У тебя всего трое?! Мы с Алексом уже расправились с пятью головами. С ними нужно кончать, не дожидаясь рассвета. Этих держи, смотри не отпускай. Сейчас я позову помощь. Напарник! Тут еще трое. Давай быстрей сюда.
Услышав это, мои головы хотели уже дать деру - даже обморочный очнулся. Его я тоже вовремя успела схватить за волосы. Так что двоих я удержала, а третий, который все кусал мне ногу сквозь котоновые джинсы (которые я тайком оставила под кимоно), все-таки улетел.
Алекс появился весь грязный, в драном самурайском костюме, с кровоподтеками и синяками на лице.
- Что-то ты плохо выглядишь, - с искренним удивлением произнесла я. - Бледный, небритый... Что это с тобой? Не выспался?
Командор устало смахнул грязной рукой пот со лба и раздраженно бросил:
- На себя посмотри - сразу пройдешь по номинации "Ведьма года"! И не обольщайся, это я о твоей внешности, а не о способностях. Давай кидай эти головы мне, попробую достать мечом.
Головы яростно кусались, и я понимала, что прямо тут, у стены, Алекс не может с ними покончить, потому что руки у меня тряслись, и по гоблинам трудно было попасть так, чтобы не отрубить мне все пальцы.
Я отшвырнула (с трудом, надо сказать - монстрик ко мне явно привязался и никак не горел желанием отпускать!) первую голову. Не успела она сориентироваться в воздухе и, захлопав ушами, спланировать в противоположную сторону, как Алекс одним ударом рассек ей черепушку. Вытекла отвратительная серая жидкость - меня чуть не стошнило.
- Держи вторую! - замахнулась я.
- Стой! - остановил он меня и зачем-то воткнул меч в землю.
- Она же кусается!
Мало того что злодейка грызла мне руку, так, собрав все силы, она взлетела в воздух и пыталась добраться до моего носа.
- Я больше не могу ее держать, Алекс, - взмолилась я. - Сделай что-нибудь!
- Возьми ее за уши - они этого не любят, но смотри, не выпускай, - рассеянно отозвался он, даже не посмотрев в мою сторону. Похоже, ему что-то никак не удавалось найти за пазухой.
Кот куда-то исчез. Я последовала совету старших - и только сжала пальцами уши гоблина, как он истошно завопил:
- Нет!!! Только не уши! Ради всего, что для вас свято, только не их! Отпустите мои ушки, лучше вырвите мне все зубы, выбейте глаза, оторвите нос, но не трогайте уши.
Я удивилась - голова же хныкала и умоляла. Вот притворная бестия! И я, испытывая изощренное удовольствие, со злорадной улыбкой еще сильнее сжала гоблинские уши. Бедняга чуть не умер. В это время Алекс нашел, что искал, - оказалось, это шприц. Я недоуменно уставилась на него:
- Мы что, будем делать голове укол от бешенства?
Услышав это, голова завопила:
- Не надо! Я больше не буду, я смирный!
- Его это уже не спасет, - ответил Алекс, - а вот для сыворотки, которая излечит тебя, нам нужно у каждого встреченного вида монстров брать жидкость - не имеет значения, кровь это, слизь, желчь или яд. Начальство пообещало давать нам предельно подходящие задания, по совету лаборатории, разумеется. Так что держи ее крепче.
Голова дернулась в последней попытке вырваться, я, удержав ее, зажмурилась и отвернулась, а Алекс с холодным спокойствием вытянул шприцем у вопящей головы ту самую серую жидкость, которая у нее, похоже, была вместо крови, и снова убрал шприц за пазуху.
- Ты просто садист-самоучка! Разве нельзя было дать голове хоть какое-то обезболивающее? Это ведь так негуманно! - с чувством произнесла я, мне было очень жаль тихо постанывающую головушку.
- А когда ты ее об стенку била, тебе не пришла в голову идея сначала надеть на нее каску? - резонно заметил Алекс. - Ничего ей не сделается... И боли они не чувствуют, а вопят и ругаются только от злости.
Голова резко дернулась и вылетела из моих рук, а взлетев метра на три над нами, так что ни я, ни командор уже не могли ее достать, укоризненно произнесла:
- Странный вы самурай, однако... Вместо того чтобы защищать исторические ценности Японии, каковыми мы и являемся, вы уничтожаете редкий, исчезающий вид рокуро-куби! Но вам отольются наши слезы... Предсказываю, что когда-нибудь эта сумасшедшая гейша так оттреплет вас за уши, что вы света не взвидите! Хотел бы я тогда послушать и ваши вопли...
Выдав эту тираду оскорбленным тоном, голова взлетела еще выше и скрылась в лесу. Но Алекс все равно ничего не понял, ведь медальон "переводчик" был у меня. Я не стала ему переводить, хотя... мысль насчет ушей мне понравилась.
- Зря ты ее упустила. Надо было ее сразу прикончить, меньше хлопот, - посетовал командор. - Теперь их осталось всего четыре, и терять им в сущности нечего. Это может удвоить их силы, а если они объединятся, то запросто смогут загрызть кого-нибудь из нас, если мы будем гулять поодиночке...
Тут он замолк и посмотрел на меня. Мы лихорадочно пересчитали друг друга - похоже, одна и та же мысль пришла к нам одновременно.
- Где агент 013? - Кто это сказал, не помню. Мы ринулись звать котика - тишина. Похолодев сердцем, так и не дождавшись ответа, пошли его искать. Мы обошли дом, все осмотрели. Нигде никаких следов. В глазах предательски защипало...
"Зачем я ругалась с ним, обзывала Мурзиком, - чуть не плакала я. - Если он еще живой, добрый, милый толстячок, я больше никогда-никогда не позволю себе повышать на него голос. А какой он храбрый! Ведь, несмотря на небольшой рост, он так отважно сражался со злобными головами, а еще до них скольких монстров одолел! Маленький герой... не доживший до большой победы!" - от этих мыслей у меня полились слезы.
Увидев, что я плачу, Алекс остановился.
- Тебе что, в глаза голова плюнула? - тоном, требующим объяснений, осведомился он. - У них слюна ядовитая, ты знаешь об этом? Теперь они у тебя будут еще долго слезиться.
- Нет, я лук чистила.
Алекса такой ответ вполне устроил. На редкость бесчувственный тип...
А я снова ушла в свои мысли: "Отважный усатый агент, героически погибший при выполнении сложнейшей операции. Я добьюсь, чтобы тебе поставили памятник, сняли документальный фильм, а детям в школе непременно в каждом классе рассказывали бы о твоей короткой, но полной подвигов жизни!"
- Черт! Как я сразу не догадался?! Тупой индюк! - Наш самурай хлопнул себя по лбу.
"Интересно, - на секунду отвлеклась я, - а если бы я сейчас назвала его тупым индюком, он бы согласился? Вряд ли... мужчины так непоследовательны".
- Ну что?! - с любопытством хлюпнула я.
- Где ему еще быть, как не в доме, там единственное во всем лесу сухое место, где можно вздремнуть.
Мы поспешили в жилище Фудзумы, я заскочила впереди Алекса. Так и есть, пузан мирно дрых, развалившись на циновке в углу и выводя рулады носом.
- Не будем его тормошить, - решил Алекс, застыв на пороге. Но тут подо мной скрипнула половица, и агент 013 резко поднял голову.
- А-а, это вы. Сколько там еще осталось до зари? Я прикрыл дверь, поэтому ушастики вряд ли сюда бы залетели. Сейчас они дунули в лес, подкрепиться личинками и червяками.
- До восхода около часа, я думаю, - ответил Алекс, - не меньше, судя по луне.
К этому времени дождь прекратился, тучи рассеялись, и в окошке можно было увидеть бледнеющую над лесом луну.
- А зачем им есть червяков? - уточнила я у "воскресшего" профессора.
- Потому что они потратили все время на нас, если бы им обломилось, еды хватило бы на неделю. А так надо набраться сил на решающий бой, ведь они наверняка с прошлой ночи не ели, - ответил за кота напарник.
Я умильно смотрела на Мурзика, радуясь в душе, что он жив. О, каких сил мне стоило сдержаться, чтобы не задушить его от счастья! Бедняга, не понимая, что это со мной, смутился и отвел взгляд.
- Ты взял все, что нужно для сыворотки? - спросил он у Алекса.
- Разумеется, но здесь нам нечего ловить. Пойдемте-ка проверим, не вытащили ли они камни? Надо подстраховаться, если хоть один из них уцелеет и нам придется провести здесь еще одну ночь, - от начальства будет большая взбучка.
Мы втроем переступили порог и, стараясь ступать очень тихо, завернули за угол дома. И какая же картина предстала нашим глазам? Четыре головы, фыркая и отдуваясь, пытались зубами растаскивать камни, которыми была завалена одна из дыр. Я быстро сгоняла за уже испытанной палкой, у Алекса при себе был меч, с которым он не расставался.
Головы, увидев нас, злобно зашипели. Еще бы, такой завал зубками не разбирался, и наши маленькие монстры, запыхавшись, просто пришли в неконтролируемую ярость. Они мигом взлетели в воздух и спикировали по две на нас с Алексом. Кот ничуть не обиделся на невнимание, с места прыгнув вверх и цапнув самую большую. Спасибо, на меня осталась только одна...
Далее все шло, как и в первой битве. Головы кусались. Мы отбивались. Вопли, визг, вой и проклятия разносились по всему лесу. Не буду описывать подробности, но дело на сей раз не обошлось так гладко, как в первый, - одна из голов все-таки прокусила мне палец до крови! Я дико завизжала от возмущения - она тут же подавилась.
Ничего, пальчик я потом перевязала, а "кусака" сам был не рад - начал отплевываться и ворчать, что у меня кровь слишком соленая. Я чуть не задохнулась от оскорбления: какая-то паршивая летающая голова будет дегустировать мою кровь да еще высказывать недовольство ее вкусовыми качествами?! Но тут первые рассветные краски легли на верхушки деревьев, и все три головы (одну командор все-таки замочил!) мигом оставили нас в покое... Они засуетились, заскулили и в последней попытке стали лбами биться о камни, пытаясь проникнуть в подвал и соединиться с телами. Один пень, ничего у них не вышло - камни были слишком тяжелые. Наблюдая за их бесплодными усилиями, я вдруг устало подумала: "Целую ночь мы отбивались от летающих голов. Сейчас их осталось три, и все находятся перед нами. Они действительно летают, махая ушами, питаются человеческим мясом и под утро соединяются с телами. Они существуют! Неужели это возможно? Может, я сошла с ума? А может, тут все сумасшедшие... Похоже, я еще не скоро избавлюсь от всех этих сомнений. Да и надо ли, кстати? Ведь, в сущности, очень даже захватывающе..."
Головы двигались все медленней, в конце концов они упали на землю, и я увидела, как под еще бледными солнечными лучами сморщивается кожа у них на лицах. Еще пара минут, и бедняги закончили свое существование. Я подняла глаза на тяжело дышащего рядом командора:
- Ну что теперь?
- Домой. В смысле на Базу, до дома тебе, пожалуй, еще далековато... - ответил он.
Наконец-то можно будет выспаться... и вымыться. О! Только сейчас (грязная, потная, вымотанная, покусанная, усталая как собака) я поняла - горек хлеб спецагентов. Конец операции! Я медленно уселась прямо в грязь - прощай, шелковое кимоно... Лимонно-розовое солнце залило целительным светом скромных героев острова Хоккайдо. В сердце начинала прокрадываться заслуженная гордость...
И тут далеко у кромки леса пронеслось нечто очень похожее на наших рокуро-гоблинов. Пронеслось и тут же скрылось за холмом. У меня челюсть откинулась, мне померещилось, что эта голова мне подмигнула.
- Что ты там увидела? - тихо опустившись рядом, поинтересовался Алекс.
Я улыбнулась, попытавшись скрыть волнение, и сказала непринужденным тоном:
- Ничего, совсем ничего. А с чего ты взял?
- Да так, показалось.
- Если откровенно, то.. - Я запнулась, еще один день в погоне залетающими головами - и я разревусь, как первоклассница. Выходит, все зря?
- Я понял, - ободряюще улыбнулся командор, и я вновь утонула в его теплых глазах. - Это дневные рокуро-куби. У нас на них контракта не было. Мы своих гоблинов сделали честно, а эти уже задача Стива. Он получал задание сразу после меня, не будем портить ему охоту... и прими поздравления с боевым крещением.
В этот момент я была почти готова расцеловать его! Но он встал и, не обращая на меня ровно никакого внимания, стал паковать вещи. Когда-нибудь я его... задушу.
Жирник (это новое прозвище агента 013) мыл морду, и, как ни странно, языком. Я уже, грешным делом, думала, что он умывается только водопроводной водой, да с мылом и зубы два раза в день чистит. Глядя на то, как тщательно наш профессор вымывает лапкой за ушами, у меня промелькнула кощунственная мысль: а может, он еще и мышей ловит?
Напоследок мы на всякий пожарный заглянули в подвал (вместо того, чтобы скорей лететь домой, - это все Алекс, перестраховщик наш), пересчитали там тела (которые уже начали разлагаться), снова закрыли люк, привалив сверху столом. Сморщенные и высохшие головы давно рассыпались прахом. Тоже приятно, иначе Алекс наверняка велел бы их собрать на поляне, разжечь костер и спалить всех на фиг. Я, не стесняясь, сняла грязное кимоно, оставшись в модной маечке и джинсах. Все - домой! В смысле, на Базу и да здравствует свобода от честно выполненного долга!
Прихватив мешки, мы вышли на поляну. Котик прихрамывал, а из шерсти ему так и не удалось вытащить все застрявшие в ней сухие колючки. Теперь он казался мне грязным, усталым и запыленным ветераном. Алекс был впятеро грязнее (если сравнивать по росту), а царапины и кровоподтеки добавляли ему героического шарма. Мы все были голодные, измученные, но счастливые оттого, что победили.
- Прибудем на Базу, хочешь не хочешь, а мыться в горячей воде придется, - тупо констатировал кот. Это было единственным, что омрачало его безоблачное счастье.
Алекс достал "пульт перехода":
- Ну что ж... Дело сделано, теперь мы действительно команда. Поздравляю с успешным окончанием операции, друзья, а теперь домой, - и нажал нужную кнопку.
Почти мгновенно мы перенеслись на место - в то самое фойе Базы, куда я впервые попала из своей маленькой уютной квартирки. Правда, нажимая на кнопку, он не видел, что происходило у него за спиной, а кот смотрел в другую сторону. Над обрывом, вовсе не обращая внимания на уже яркое солнце, в прогулочном темпе порхали сразу три головы, а за ними на алюминиевых крыльях летел наш знакомый биоробот. В руках Стива блистал двуручный меч. Удачи тебе, парень...


по всем вопросам о размещении рекламы и новых книг обращаться в аську.
 
ВампирДата: Вторник, 09-Февраля-2010, 12:44:09 | Сообщение # 8
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 186
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
* * *

На Базе царил хаос. Мимо нас, застывших от удивления, в полной панике табунами проносились все населяющие Базу существа. Я даже не подозревала, что их тут так много. Докричаться до кого-либо было бесполезно. Что, собственно, произошло? Ядерный взрыв, перепись населения, бесплатное кино или день выдачи зарплаты? На нас никто не обращал внимания. Наконец Алекс выхватил из толпы за шкирку какого-то карлика, который засучил ногами и возмущенно завопил:
- Что такое?! В чем дело, товарищи?! Я требую уважения к правам гномов!!!
- Слушай, обормот, что тут происходит? - вежливо поинтересовалась я.
Коротышка посмотрел на меня как на ненормальную, смерил пренебрежительным взглядом моих товарищей и недоуменно произнес:
- Вы что, действительно не в курсе?! Сегодня у нас на базе День здоровья и спортивных достижений!!! Отжимание и поднятие тяжестей уже закончились, а сейчас всеобщий забег! Отпустите, придурки, я должен взять приз!
Командор выпустил воротник карлика. Тот мигом соскользнул на пол, влившись в общую массу, сразу взял быстрый темп и, не испытывая недостатка в ловкости, аккуратно проскакивал между ног более рослых соперников, а более мелких просто перепрыгивал.
- Точно! День физкультурника! - припомнил Алекс. - То-то я думаю, что-то знакомое.
- Еще бы, года три назад, возвращаясь с задания, мы с тобой также попали на этот праздник. Потом еще был заплыв. И нас с тобой заставили нырять, бр-р-р... Помнишь? - сказал кот.
- Конечно, такое забудешь... У нас начальство на этот счет проявляет большой энтузиазм, видно, боится, что сотрудникам заняться нечем.
Таким образом мы, рискуя быть растоптанными, марш-бросками пробирались к этому самому начальству - доложить о завершении операции. Профессору пришлось перебраться Алексу на плечо. Но сначала мы зашли в "костюмерную" и оставили там нашу конспиративную рвань, потом приняли душ и переоделись во все новое (на мое удивление, я тоже получил форму, надо же!) и уж только тогда пошли отчитываться. Алексу, правда, пришлось повозиться. У него никак не отклеивались волосы с груди, которые ему наклеили как истинному самураю, - пришлось драть. Странные обычаи были у этих воинов, надо сказать... По дороге я еще подсмеивалась над супергероем. В меру, конечно, чтобы не сильно обидеть...
Наконец мы собрались в приемной у троллевидной секретарши, которую я все еще побаивалась. Пока она о нас докладывала, я тайком любовалась своей новой формой - серый пиджак военного покроя и юбка, как у главной героини "Звездного десанта". Все сидело точно по мне, ни морщинки, ни торчащей ниточки! Я ведь думала, зачем с меня мерки снимают перед тем, как отправить на задание, это, вероятней всего, чтобы знать, какого размера гроб мне нужно будет приготовить к нашему возвращению.
- О чем задумалась? Пошли, - вернул меня к действительности Алекс.
- Куда? К вашему начальству?! - Это слово всегда меня пугало, и я взмолилась, еще надеясь выкрутиться: - Но я ведь не агент, зачем мне к нему в кабинет заходить? Давайте вы сами, а...
- Нужно. Вернее, необходимо. Ты же принимала участие в операции, значит, и рапорт вместе надо сдавать, - жестко ответил командор и без лишних разговоров подтолкнул меня в спину, так что я поневоле открыла лбом дверь и оказалась в просторном кабинете. Алекс с котом вошли следом.
В глубине стоял массивный стол, а вдоль стен аккуратный стеллаж. Растения в кадках расставлены по углам, под пальмой овальный аквариум. На первый взгляд в кабинете никакого начальства не было. Разве что рядом с одной из кадок я увидела классического гнома с заостренными ушами и окладистой бородой. Гном поливал из большой лейки похожее на лимон растение. На нем были кирзовые сапоги, короткие брючки и белая сорочка, поверх которой надет коричневый жилет, и всем своим видом он здорово напоминал сельского жителя Средней Европы, если бы не красный колпак на голове.
- Э-э, здравствуйте, - опешила я. Гном приветливо улыбнулся и, подойдя ко мне, поздоровался за руку, которую долго не отпускал.
- Очень рад познакомиться, милая девушка. Какие интересные сотрудники у нас появились...
Я почувствовала себя Белоснежкой, невольно делая книксен. И это то самое страшное и могущественное начальство?! Я украдкой отвела за спину и вытерла руку о пиджак, когда это существо наконец соизволило выпустить ее. Коротышка взобрался на высокий стул за столом и, посерьезнев, принялся слушать рапорт агента Орлова. Впоследствии мое мнение о боссе изменилось в лучшую сторону, когда я узнала, что он не только умеет играть на гармошке и вышивать крестиком в свободное от работы время. В молодости шеф слыл крутым уголовником, входил в печально известную шотландскую банду "красных колпаков" и не раз наводил шороху по округе. На каком-то этапе жизнь, полная кровопролитий и грабежей, показалась ему недостойной, и он подался в монахи. Пройдя долгий и тернистый путь от скромного послушника до начальника могущественной организации, он сумел сохранить чувство юмора, желание помочь ближнему и научился беречь своих сотрудников. Говорят, что при нем смертность агентов Базы снизилась втрое...
От гнома мы получили устное поощрение за удачно выполненную операцию и лично благодарность за красоту и обаяние... Далее нас направили в канцелярию, где нам вручили конверт с новым заданием и пухлую папку досье. Папка носила кодовое название "Дело крысы-вегетарианца". В действительности же операция предусматривала поимку и обезвреживание гигантского волка-людоеда, что являлось главным развлечением французов в шестидесятые годы восемнадцатого столетия. Этот Зверь вошел в историю под кличкой "жеводанский оборотень", так как обитал в горах Жеводана, французского округа Овернь, который и по сей день находится в центральной части Франции.
- Суеверные жители деревень, рядом с которыми сшивается это животное, называют его Дьяволом, - рассказывал профессор. - Некоторые полагают, что это вервольф - человековолк, колдун, оборотень. Прославился своей кровожадностью и феноменальной неуловимостью. Был неоднократно убит, освежеван и доставлен ко двору. В Лувре по сей день находится его шкура с пятьюдесятью шестью дырками от пуль. Тем не менее оборотень творит свои злодеяния снова и снова. Даже научные консультанты у нас на Базе не знают, кто он на самом деле.
- А почему они решили, что это один волк? - рассеянно осведомилась я, принимаясь за гуляш. Мы сидели в столовке, передо мной стояло два стакана с компотом, но теперь мне хотелось киселя. Синелицый на раздаче уже разливал его по стаканам, а я все еще не решалась к нему подойти.
- Потому, девочка моя... - между нами был уже окончательный мир - опасности операции с летающими головами сблизили нас с котом, - что люди его видели, и не один раз, и он отличается от обычного волка огромными размерами. Кроме того, у него есть особенный знак - черная полоса вдоль хребта на бурой шерсти, красные глаза, и он дьявольски хитер, никогда не рискует и нападает только на женщин и детей. Согласись, вряд ли в одной местности может быть несколько волков с такими приметами.
- Да-а, милый волчишка, - содрогнулась я. Но не от профессорских рассказов. Мне уже вторую минуту приходилось делать вид, будто я не замечаю подмигиваний странного парня, сидящего за соседним столиком. Больше всего он походил на мифического грифона: ястребиная голова и затянутое в тренировочный костюм львиное тело. От подмигиваний, не теряя надежды привлечь внимание, он перешел ко всяческим ужимкам, так что я уже стала опасаться, как бы не свело судорогой скулы его птичьего лица. От беспокойства слегка заелозила на стуле, но Алекс, понятливо сообразив, что к чему, усмехнулся:
- А, старина Рудик. Совершенно безобидный малый. Не издевайся над ним, просто не обращай внимания ближайшую пару часов, тогда он сам отстанет.
Пару часов?! И кто же над кем издевается...


по всем вопросам о размещении рекламы и новых книг обращаться в аську.
 
ВампирДата: Вторник, 09-Февраля-2010, 12:45:40 | Сообщение # 9
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 186
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
ГЛАВА 2

Мы высадились на заросшем сорняками пригорке. Был жаркий полдень, середина лета. Внизу, на лугах, паслось стадо коров с телятами. За пастбищем чуть вправо, минутах в пятнадцати ходьбы отсюда раскинулась довольно-таки большая деревня с церковью в центре. Дома в большинстве были довольно бедные, покосившиеся крестьянские лачуги. Отдельными островками попадались и более зажиточные дворы. За деревней колосились пшеничные поля, уходящие за горизонт, там и тут были видны многочисленные фигурки людей. Невдалеке синели горы.
- Итак, растворяемся среди местного населения. Легенда та же, я - королевский егермейстер, ты - моя сестра, - в который раз повторил Алекс.
- А я просто кот, независимая личность, - подхватил агент 013..
- Я - Жаннет, а ты - Густав Курбе, - заключила я.
Командор удовлетворенно кивнул.
На мой взгляд, он был одет слишком изысканно для егермейстера, который к тому же еще долго был в пути и вряд ли должен был выглядеть таким чистюлей. Не знаю, насколько уж его наряд соответствовал костюму егермейстеров Людовика XV, но на складе командор уперся именно в этот фасон. Камзол из какой-то бархатозаменяющей ткани, сверху темно-зеленый кафтан, широкие рукава с обшлагами, два больших практичных кармана, штаны-кюлоты, которые под коленом застегивались на пуговку, белые чулки. На голове треуголка, а волосы гладко зачесаны и собраны в хвостик, завязанный черной лентой. (Самурайский бритый лоб давно уже оброс благодаря новейшему средству для роста волос. Это не реклама!) На ногах коричневые башмаки, за плечом - кремневое ружье с длинным стволом, заряженное серебряными пулями.
- Неплохо выглядишь, - восхищенно присвистнула я, - только не уверена, что егермейстеры одевались именно так. Но все равно вид у тебя потрясный!
- Спасибо, - отозвался Алекс. - Жаль только, что не могу сказать о тебе то же самое.
Я густо покраснела и закусила губу с досады. "Самовлюбленный тупой индюк!" Хуже всего было то, что он прав. Одета я была довольно просто: широкая полотняная юбка со сборками (ее еще крахмалить нужно), блуза с длинными рукавами, корсаж со шнуровкой, передник и несуразной формы чепец, а на ногах деревянные сабо. Все, конечно, чистенькое и отутюженное, но... в остальном, увы.
- Я не виновата, что меня одели как дуру, - надувшись, буркнула я. - Найду этого волка, отпинаю!
- За что? - полюбопытствовал кот. - За покусанных детей?
- За то, что он не живет в Париже, а выбрал себе какую-то дыру - богом забытую гористую местность, где обитают дикие люди, которые одеваются в подобное отрепье. - Я дернула за ненавистную юбку. - В Париже я могла бы наряжаться, как маркиза Помпадур.
- И тогда точно была бы дурой! - заключил Мурзик, презрительно фыркнув. - Терпеть не могу перебор бантиков и кружавчиков.
- Но это еще не все! - Я топнула ногой. - В кои веки довелось попасть в это время! Один шанс на миллион, что нас снова пошлют именно во Францию шестидесятых годов восемнадцатого века, и что же? Я вынуждена прозябать в этой дыре, вместо того, чтобы сейчас развлекаться в Париже и крутить роман с виконтом Вальмоном. Каждая девушка грезит об этом, когда перечитывает "Опасные связи".
- Мы вообще-то по делу.
- Но... может быть, и в самом Париже еще попадаются недобитые монстры. Призрак Оперы, например, или Злой Гений Лувра? - попыталась оправдаться я, поймав тяжелый взгляд кота. Теперь уже и Алекс смотрел на меня неодобрительно.
- Тьфу! Где вам обоим понять бедную женщину! Пошли, блюстители нравственности.
И я решительно направилась вниз. Мои спутники спешно потопали за мной, понимая, что у меня плохое настроение и пустой болтовней меня лучше не беспокоить. Только спустя пару минут Алекс осторожно положил мне руку на плечо, я недовольно обернулась и встретилась с полными сочувствия серыми глазами моего товарища.
- Обещаю, - торжественно произнес он, - если эта шваль, Вальмон, будет проезжать мимо или ненароком остановится на постоялом дворе поблизости в одной из окрестных деревень, я доставлю его к тебе! Пусть даже он будет сопротивляться, как сто чертей в бочке, - ты его получишь. И горе ему, если он только посмеет отвернуться от тебя...
- Спасибо, ты настоящий друг! - с чувством произнесла я, стараясь сдержать слезы благодарности.
Деревня при ближайшем рассмотрении оказалась еще больше, чем виделось сверху. Дома на центральной улице были каменные или глинобитные на деревянном фундаменте, отштукатуренные сверху. В одном из них и расположилась двухэтажная гостиница, первый этаж которой занимал трактир "Баран и ворота". А мы расквартировались на втором, золотые монеты с профилем Людовика XV нам выдали на Базе, так что нужды ночевать в лесу не было. Номера скромные, но довольно сносные - беленые стены, два стула, медный таз для умывания, широкая кровать с кучей подушечек и в изголовье над ней деревянное, покрытое темным лаком, распятие.
"Все равно романтика", - решила я, оставшись одна, и, не в силах больше сдерживать эмоции, с хохотом с разбега прыгнула на застеленное белоснежными простынями ложе. Вот это да! Франция, век восемнадцатый. Бесконечные войны с Австрией, роскошная жизнь при дворе короля, балы, грандиозные празднества с фейерверками, шампанское, дамы в кринолинах, галантные кавалеры, интриги, сплетни, мушки - короче, полный отрыв! "После нас хоть якобинцы". Сказочная жизнь затягивала, закручивала, оплетала, обволакивала густым розовым туманом...
Я очнулась от настойчивого поскребывания в дверь - так обычно заявляет о своем приходе профессор. Боже, неужели я уснула?
- Здравствуй, не знаешь, сколько времени? - спросила я, впустив его в комнату.
- Уже вечер, - лаконично доложил мой друг. - Алекс успел познакомиться с жителями деревни, благодаря его липовым документам все верят, что он королевский егермейстер. Оказалось, что охотников на волка здесь пруд пруди. Наша гостиница ими просто кишит. Народ стекается со всех концов Франции, оставляя все дела и семью в надежде завалить популярного волчару.
- С чего вдруг такой энтузиазм? - зевнула я, садясь на кровать.
- Король и епископ Мандский обещали за его голову десять тысяч ливров.
- О! - оживилась я. - А сколько это будет на доллары?
- М-м... если полновесными золотыми людовиками, по спекулятивному курсу твоего времени... - начал подсчитывать кот.
- Надеюсь, мы не уедем, не взяв вознаграждения?!
- Это было бы глупо, - согласился толстун, и мы с ним обменялись понимающими взглядами. Тут пришел Алекс (слегка навеселе), он побывал в трактире, и теперь его немного пошатывало. Снизу доноситесь сбивчивое пение. Знакомый мотив.
- Ребята досрочно выучили "Марсельезу"... ик! - пояснил командор, видя, что я заинтересованно прислушиваюсь. - Правда, я и сам... до конца не п-помнил слова, пришлось по ходу досочинить. М-можно я тут прилягу, чей-то ноги не держат...
Он бесцеремонно отодвинул меня в сторону и, даже не снимая обуви, рухнул на мою кровать, демонстративно захрапев.
- Вэк! Слов нет, а теми, что есть, во Франции выражаться не принято... Я его еще таким не видела, - ошарашенно выдавила я. - И часто он этак напивается?
- Да нет, агенты обычно не злоупотребляют, - спокойно отозвался кот. - Ничего страшного, сегодня на вечер у нас намечалось всего лишь прощупывание местного населения. Пока волк не объявится, не следует предпринимать активных действий. Сейчас восемнадцать тридцать, мы с тобой можем позволить себе маленькую прогулку по деревне, а Алекс пусть проспится.
Заперев бесчувственного "спасителя человечества" в номере, мы с профессором спустились вниз. Подвыпившие гости еще не угомонились, и хотя "Марсельеза" в переработке Алекса звучала довольно нелепо, только один человек в трактире, кроме трактирщика, не пел. Сидевший за дальним столиком худощавый тип в черном камзоле с колючим взглядом наблюдал за происходящим вокруг и время от времени что-то строчил в тетради, лежащей перед ним.
- Кто это? - спросила я у трактирщика, поправив медальон "переводчик".
- А, этот в черном? Это агент тайной полиции Меризо по кличке Замочная Скважина, - громовым голосом оповестил трактирщик, вытирая о фартук пальцы.
Услышав его слова, Меризо вжал голову в плечи и попытался стать меньше ростом, но, увидев, что на него не обращают ровно никакого внимания, бросил это дело и снова что-то застрочил в тетради.
Я выбрала свободный стол в углу. Кот примостился рядом, искоса изучая замызганное меню.
- Позвольте порекомендовать вам, мадемуазель, коронное блюдо нашего трактира, телячьи отбивные. Мы их так готовим, что просто пальчики оближешь, - услужливо улыбнулся хозяин.
- Мы подумаем, - строго сказала я.
- Значит, еще кто-то придет?
- Нет, мы подумаем с Пусиком. - Я смерила трактирщика строгим взглядом, указывая пальцем на кота, и тот поспешил отойти.
Котик был оскорблен:
- Как?! Меня - Пусиком?! Это меня, профессора университета, меня, секретного спецагента по борьбе с монстрами? - зашипел он, стараясь, выглядеть предельно грозно.
- Извини, Пусик, но это имя тебе очень подходит, - влюбленно произнесла я, позволив себе просто кощунственную вещь - игриво почесать его за ухом. - Ну не дуйся, давай лучше посмотрим меню. Тебе что? Тут есть утка по-мексикански, луковый суп-пюре с сыром, отбивные, рагу "бланкет", форель под шубой...
По мере перечисления блюд кот постепенно успокаивался, к концу списка он незаметно замурлыкал, а список состоял из двадцати или около того блюд.
- Тогда мне, пожалуйста, вот эти...
- Слушай, это просто возмутительно! - перебивая воскликнула я. (Смущенный трактирщик, не задавая вопросов, тут же подбежал и подал мне вино "за счет заведения". Всю бутыль мы оставили Алексу на опохмелку, но это к слову...) - Где лягушачьи ножки, я не пойму?! Это Франция или нет?
- Лягушки - это деликатесное блюдо, так же как и устрицы. Не обязательно они должны быть в трактире каждой богом забытой деревушки, как ты ее называешь, - укоризненно фыркнул Мурзик. - Кстати, от них толстеют.
- Утешил.
Мы сытно и вкусно отобедали (кухня тут была неплохая) и пошли знакомиться с местным населением. По дороге к выходу специально постояли возле сыщика Меризо, который испуганно прикрыл написанное рукой и проводил нас весьма недружелюбным взглядом.
В деревне нам встретились подвыпившие солдаты, которые громко распевали "Марсельезу". Видимо, песенка быстро распространялась...
- Чудесно! Замечательно! Феерично! Какая экзотика - королевские солдаты! - как можно громче произнесла я, обращаясь к коту и бесцеремонно, как музейные экспонаты, разглядывая четверых солдат. Парни поспешили свернуть с дороги, я слышала, как их предупредил командир: "Сумасшедшая... наверное, из Парижа, не надо с ней связываться".
- Солдаты тут по той же причине, что и мы, - ищут волка, - пояснил профессор, когда мы с ним прошли несколько шагов. Я обернулась. Один нетрезвый солдат говорил другому, остановившись между двумя домами и пошатываясь:
- Вот это наш дом.
- Нет, олух несчастный, тут расквартирован отряд Лебурье, нам вон к тому дому.
- А я говорю, что мы зашли не в то село, - вмешался третий.
- Похоже, они заблудились, - хмыкнула я. - Представляю, какую конкуренцию они нам составят в поисках волка.
Мы двинулись дальше. Увидев скопление женщин возле колодца, галдящих на всю округу, я поспешила к ним, в надежде подслушать что-нибудь интересное.
- Мари Анна снова спуталась с мужем Софи, и та сегодня пойдет трепать ее за волосы, - щебетала одна, ожидая своей очереди к колодцу
- Как интересно! - воскликнула ее слушательница, восхищенно округлив глаза. - О, то есть я хотела сказать, несчастье-то какое!
- Я хочу с тобой поделиться по секрету, дорогая Мари, мы с Жаном Пьером наконец-то решили пожениться, - шепотом сообщила стоящая рядом со мной девушка своей подруге. От этой невинной фразы на всю деревню разнеслись визг и крики.
- Что?! Что ты сказала, стерва? Жан Пьер женится на мне, мы с ним договорились об этом только вчера вечером. - С другой стороны колодца появилась рыжая девушка и с грозным видом замахнулась деревянным ведром на не к месту разоткровенничавшуюся односельчанку. Я предусмотрительно отодвинулась на шаг в сторону.
- Эй вы! Две лгуньи паршивые, ведьмы драные! Заритесь на чужое счастье, плетете невесть что, а все потому, что завидуете. Ведь Жан Пьер любит меня вот уже последние две недели и только сегодня утром сделал мне предложение, - встряла третья красавица. Две "претендентки", до этого сосредоточенно царапавшие друг другу лица, тут же объединились и переключились на новую соперницу.
Мы с Мурзиком, как и остальные, с интересом смотрели на драку и даже делали ставки. Одна женщина быстро собирала деньги и карандашом делала отметки на клочке бумаги.
Я поставила на вторую, рыженькую. В это время стоявшая рядом со мной скромного вида девушка обратилась ко мне:
- Привет, меня зовут Жослин.
- А меня Жаннет.
- Знаешь, нет смысла в выяснении их отношений. Ведь Жан Пьер еще только полчаса назад как признался в любви мне, а венчаться мы решили уже завтра.
О, как же мне захотелось собственными глазами увидеть этого легендарного Жана Пьера! Драка закончилась, победителей не оказалось, все три женщины были изрядно потрепаны, но в принципе без особого перевеса. Сельчанки, делавшие ставки, с помощью пинков и колотушек выбили свои деньги обратно с букмекерши, которая под шумок собиралась улизнуть. Я тоже вернула свою мелочь. Женщины стали расходиться, а я решилась задать вопрос моей новой знакомой:
- Слушай, а что сейчас говорят насчет жеводанского оборотня, он давно уже не проявлял себя?
- Нет, в последний раз его видели неделю назад, какой-то парень тащил его из трактира, упившегося почти до бесчувствия. Они вдвоем орали песни и скрылись в лесу. А что?
- Да нет, ничего, - слегка опешив от услышанного, протянула я. - Но разве его не ловят?
- Конечно, ловят, ведь он, говорят, уже съел больше двухсот человек. За один присест, по слухам, этот Волк съедает по две тушки, - спокойно разъяснила мне девушка.
- Кого?! - вытаращила я глаза. - О, то есть понятно. Просто это... так жутко звучит, извини. Так что, он тут сидит в кафе, то есть в деревенском трактире, и его еще никто не поймал? Как такое возможно?
- Охотники тоже были вдрызг пьяны, они ведь пили вместе, - охотно объяснила сельчанка, глядя на меня своими простодушными глазами.
- Восхитительно! Вас что, устраивает, что он тут всех ест?!
- И вовсе не всех! То есть он, конечно, может съесть всякого, но ты не представляешь, какая у нас жуткая скука... С появлением Волка в нашу деревню зачастили люди, многие так и оседают здесь на постоянное жительство. А как оживилась торговля сувенирами...
- Вэк! - не смогла удержаться я. - Ну-ка, ну-ка, расскажи поподробнее, может, я тоже вложу средства в гостиничный бизнес.
- Как? Ты что, совсем-совсем ничего не знаешь? - недоверчиво вопросила моя собеседница, глядя на меня, как на столичную журналистку.
- Да просто хочу освежить память, - беспечно ответила я. Жослин только пискнула от восторга, ведь рассказать-то хотелось, и стала выливать на меня все, что слышала о Волке.
- Ну, говорят, что Зверь - это на самом деле и не волк никакой, а вервольф. Днем он человек, а ночью, надев волчью шкуру, становится Зверем. Его нельзя убить даже серебряными пулями, и он способен соблазнить любую девушку. А благодаря тому, что он сделал наш Жеводан знаменитым, никто из местных никогда не станет помогать приезжим охотникам. Подозревают даже, - тут девушка сделала мне знак нагнуться к ней поближе и многообещающим шепотом сообщила мне на ухо, - что это наш деревенский староста Жак Коротышка.
- Да-а?! - в том же тоне откликнулась я, подумав про себя, с какой же дурой связалась.
- Почти наверняка это он. - Девушка убежденно кивнула. - Во-первых, больше некому, во-вторых, ему и положено заботиться о благе деревни, а еще... О, вон, кстати, он сам идет.
Вдалеке показался невысокий старичок, прихрамывающий на обе ноги, при ближайшем рассмотрении оказалось, что у него просто ноги колесом и хромотой он не страдает. Увидев нас (или, скорее, мою собеседницу), старичок в ужасе попятился и, обернувшись кругом, бросился бежать с неожиданной для его возраста резвостью.
- Странный у вас какой-то староста.
- Действительно, я только сейчас стала это замечать. - Жослин задумчиво наклонила голову вбок. - Не далее как вчера вечером я ему битых три часа объясняла, почему Жан Пьер никогда не женится на его уродине дочери, а сегодня он от меня убегает... Ну так вот, о Волке еще говорят, будто он кроме человечины очень любит утку по-мексикански. Поэтому в нашем деревенском трактире ее подают как "любимое кушанье жеводанского оборотня", это привлекает массу посетителей. Под влиянием всеобщей шумихи, созданной вокруг Зверя, трактирщик даже подумывает переименовать свое заведение и назвать его "Волк и бабушка".
- А почему "Волк и бабушка"?
Или тут все сумасшедшие, или я начинаю медленно сходить с ума.
- Потому, что "Волк и Шапочка" уже есть в соседней деревне, - пояснила, дивясь моей непонятливости, Жослин. - Ведь Красная Шапочка, бывшая любовница Зверя, жила именно там.
- Потрясно! У него еще и любовниц полный пучок... Ну все, я пошла.
Я попыталась сбежать.
- Подожди, это еще не все, - затрещала Жослин, хватая меня за руку, - еще говорят...
И тут я заметила, что профессора рядом нет.
- Слушай, ты не видела моего кота? - немного встревоженно спросила я.
- А, этого серого толстячка? Я не знала, что это твой кот. Он ушел уже довольно давно, во-он в ту сторону. - Она показала вдоль деревенской улицы.
- Спасибо. Но мой кот никакой не толстячок, это здоровая мужская полнота! - разделяя слова, четко произнесла я, страшно обидевшись на такой пренебрежительный отзыв о моем боевом товарище.
После чего, с гордо поднятой головой, стуча деревянными башмаками, пошла в указанном направлении. Жослин так и осталась стоять, пришибленная моим равнодушием к ее информации. Мне не терпелось найти агента 013 - не гулять же весь вечер одной. Юбку все время приходилось приподнимать, чтобы не споткнуться, чепец съехал на затылок, а мысли были о... разном, в основном об Алексе.
Неожиданно дорогу мне перегородил усатый парень в форме и сказал, что он драгунский капитан Леон.
- Ну и что? - буркнула я тоном, не располагающим к дальнейшему общению, и попыталась его обойти. Однако француз не собирался уходить так быстро, а, наоборот, горел желанием познакомиться. Он обаятельно улыбался и не распускал рук, поэтому я снизошла до того, чтобы назвать свое имя. Что же, раз уж не удалось узнать ничего путного от сельчанки, может, капитан драгун знает побольше, и ради этого с ним стоит хотя бы недолго пообщаться. Мы шли по деревенской улице, капитан суетливо подпрыгивал, петушился, травил анекдоты, хвастался, осыпал меня комплиментами. Говорил, что он родом из Нормандии, а там живут лучшие во всей Франции парни, срывал придорожные цветы и совал мне в руку (я их украдкой выкидывала, уж слишком пыльные попадались...). В общем, капитан делал все, что в его понимании должно было непременно сразить мое сердце. Слушая его вполуха, я мрачно выглядывала везде твоего кота.
- Вы кого-то ищете, мадемуазель? - ревниво вопросил мой поклонник.
- Я ищу своего кота Пусика, - сухо ответила я. - Но ничего страшного, думаю, он не пропадет. Лучше скажите, если не секрет, как вы собираетесь уничтожить жеводанского оборотня? Мне кажется, что для ваших вояк это безнадежное дело...
- Мы ждем, пока он снова покажет себя, - помрачнел капитан. - В последний раз он напал на молочницу в паре лье отсюда, у обрыва, мы организовали облаву, но все напрасно, в ловушку попал медведь, когда мы его обнаружили, он надавал всем тумаков и сбежал. А Толстому Жану вообще ободрал ухо, причем левое!
- О-о, какая трагедия...
Леон потер шею, наверное, вспоминая тяжелую лапу медведя, но уже через секунду беспечно улыбнулся. В общем-то парень он был беззлобный и даже симпатичный, черноволосый и скуластый. Но говорить с ним больше было не о чем, и я сослалась на безнадежно больную бабушку, сидящую дома в одиночестве, и попыталась распрощаться, но парень был на удивление прилипчив и отвязался, только увидев в конце улицы знакомых девушек, которые призывно махали ему рукой, безудержно хохоча. Бедняга, повинуясь естеству, извинился и вскачь понесся к ним.
А я, вздохнув свободно, вдруг почувствовала дикую усталость и решила, что кот действительно не пропадет и сам вернется домой. А до гостиницы я вполне доберусь и без его помощи. Боясь заблудиться, я пошла той дорогой, которой сюда забрела. Идя мимо низких глинобитных крестьянских домиков, утопающих в зелени фруктовых деревьев и кустов, я вдруг услышала кошачьи крики и призывное мяуканье. Так бывает, когда коты решают оторваться по полной программе с дракой, питьем селедочного рассола, как известно, самого хмельного кошачьего напитка, и настойчивыми ухаживаниями за местными кошками. Эти крики доносились из чьего-то заросшего бузиной сада. Я решительным шагом направилась прямо туда и гавкнула изо всех сил! Мелькнули кошки, бросившиеся врассыпную, но я вовремя успела приметить и выхватить из кустов за шкирку грязного серого кота, лишь отдаленно напоминающего чинного и приглаженного профессора.
- О, извините, агент 013, я вам не помешала? - нарочито вежливым тоном осведомилась я, поставив кота на землю. Тот поднял на меня слегка осоловевшие зеленые глаза, покачался на задних лапах и выдал возмущенным тоном целую тираду:
- Что, я не имею права на личную жизнь?! Тут - такие киски ходят, шерше ля фам, настоящие француженки! Когда доведется еще раз побывать в этой стране любви? Иди спать, киска, тьфу ты, девочка, и не пытайся учить старших. О, мон шер... лямур, лямур, лямур!
Замурлыкав, он демонстративно повернулся и бросился в кусты. Когда я уже вышла на дорогу, то снова услышала кошачьи серенады, еще более громкие и яростные.
"Ну, я вам это еще припомню, - рычала я, быстрым шагом направляясь к гостинице. - Сами развлекаются, как хотят, даже этот ханжеский кот раскрыл наконец свою истинную сущность, а меня оставили, бросили одну. Один пьет до поросячьего визга, другой по бабам... тьфу! по кошкам завинтилился! Вот наплюю на вас и на вашего драного волка и уеду в Париж - узнаете тогда. Я теперь агент, и вы несете за меня ответственность, будете искать как миленькие, пока не найдете. Но и тогда не факт, что я к вам вернусь, просите меня, умоляйте, а я, может, предпочту останься в Париже и в этом времени, зачем мне домой?! Ничего, поживу без мамы, зато увижу французскую революцию. Хотя тогда мне будет лет пятьдесят, болезни замучают. Нет, как-то не в кайф это получается..... Или, еще хуже, суд Робеспьера на гильотину отправит! Не-е, лучше жить сегодняшним днем. Найду Вальмона и соблазню его! Буду как маркиза де Мертей, куплю себе замок на вырученные от поимки Волка денежки. А что, я и сама его прекрасно поймаю! Потом устрою себе литературный салон, подружусь с Руссо и Вольтером, а Ватто и Буше будут писать с меня Коломбин. Хотя нет, похоже, этих двух художников уже нет. Ну да это поправимо, замена всегда найдется, Делакруа какой-нибудь..."
Бурча под нос и глядя под ноги, я не заметила, как вышла на задний двор гостиницы и стала спускаться к пустырю, куда сваливали мусор всей деревней. Уже смеркалось.
- Отлично выглядишь, крошка! - раздалось рядом. Опять Леон, этот ловелас несчастный деревенского масштаба вернулся, потому что у тех девчонок у него ничего не выгорело.
- Слушайте, Леон, - я, рыча, подняла глаза. Но это был не он... Мама дорогая! Передо мной, облокотившись о выступ замурованного окна, на задних лапах стоял не кто иной, как гигантский Волк со свалявшейся бурой шерстью. Пока я столбенела, раскрыв рот, Зверь, наслаждаясь произведенным впечатлением, передней лапой почесал себе косматую шею и снова выжидательно уставился на меня.
- 3-здравствуйте, в-волчишка, - дрожащим голосом пролепетала я, тем не менее пытаясь выказать пренебрежение к его персоне. Понятно, что этот тип отличается повышенным самомнением. Терпеть таких не могу... Надо же было хотя бы попытаться поставить его на место. А перед смертью можно многое себе позволить.
- Ха! Волчишка?! - почему-то обрадовался Волк. - Хм, пикантно, еще ни одна девчонка меня так не называла, звучит так воркующе-нежно... Мне нравится.
В его огромных, красных, по-звериному выразительных глазах появился неподдельный интерес.
- Может, прогуляемся? - с улыбкой предложил он. Возможно, обычные волки не улыбаются, но этот точно умел это делать, к тому же с весьма многозначительным видом, почище любого киношного Вальмона, галантным движением подал мне лапу.
- Вы предлагаете прогуляться по пустырю? - набравшись храбрости, уточнила я, глядя на волчару снизу вверх.
- Конечно, но, если вас что-то смущает, прошу, не молчите, - заботливо проговорил серый кавалер, накрыв правой лапой мою руку.
- А... э-э... может, будет гораздо удобнее, если вы пригласите меня на чашечку кофе? Трактир рядом, к тому же становится прохладно... - стараясь быть убедительной, выпалила я.
Волк нахмурился (я задрожала), он спокойно, но уже со льдинкой в голосе произнес:
- Не считайте меня за круглого идиота, мадемуазель, в трактир мне сегодня вечером никак нельзя, да и завтра навряд ли. Потому что теперь на этом постоялом дворе поселился мой самый злейший враг - Густав Курбе!
Я аж подпрыгнула на месте.
- Но ведь он спит, - сболтнула я и тут же принялась корить себя и каяться, посыпая голову пеплом.
- Да?! Вы уверены? - Казалось, Волк раздумывает, в глазах его на мгновение мелькнула искорка злорадства, но только на мгновение, уступив место беспокойству. - Конечно, можно бы воспользоваться и расправиться с ним раз и навсегда, но слишком рискованно. Придется повременить. - И он снова с улыбкой обернулся ко мне: - Какие-нибудь еще есть предложения?
- Ну, может, тогда просто погуляем по деревне, я только сегодня приехала и не успела осмотреть все достопримечательности. Уже стемнело, так что вы никого не смутите, и нам дадут спокойно пообщаться.
Волк серьезно задумался:
- Вообще-то я эту деревню знаю вдоль и поперек, тут точно смотреть нечего. Из достопримечательностей разве что местные барышни, но сегодня вечером я только ваш. - Мой ухажер галантно поклонился. - О! Есть идея, ты сядешь мне на спину, и я мигом доскачу до ближайшего городка, там у меня есть безопасные места, где можно веселиться всю ночь напролет.
- Когда это мы успели перейти на "ты"?
- Ой, ну не строй из себя недотрогу, детка... Поехали!
- Пожалуй, нет, это перебор, я и так сегодня поступилась всеми принципами, - старательно смутилась я. - Вообще-то не в моих правилах гулять с незнакомыми волками.
- Но я ведь необычный волк, - выпятил грудь назойливый кавалер, - к тому же ты меня знаешь, зачем скрывать? Сейчас у меня пик популярности, о жеводанском оборотне знают во всей Центральной Франции, от Гаронны до Сены, не говоря уже о том, что весь Парижский двор только обо мне и судачит. Знаешь, как порой икается?
- Да неужели?
- Ага! Да и охотники время от времени достают. Все-таки популярность - вещь обременительная, - скромно потупив глаза, проговорил он. - Но тебе не нужно строить из себя целомудренную барышню, я же сразу понял по твоему лицу, что ты таковой не являешься. Хе-хе, - подленько захихикал он. - Но все равно ты трогательная милашка...
"Вот разбойник мохнатый, как же сейчас хочется дать ему пинка!" - мстительно думала я, гуляя с ним под руку по пустырю. А куда денешься? Он же просто волочит меня за собой...
- Слушай, волчишка, откуда ты знаешь Густава Курбе? Просто он мой не совсем близкий знакомый, но Густав ни разу не рассказывал мне о том, что встречался с тобой.
- О, это еще тот тип, чувствую, попортит мне шкуру! Лично я его никогда не видел, но благодаря своим связям знаю, что он сильный враг. Как известно, у великих много врагов, которые вырастают из завистников. Они пытаются ухватить хотя бы толику моей славы, просто как паразиты на теле. Ты думаешь, им нужны десять тысяч ливров, которые они могут получить за мою шкуру? Нет, они знают, что этих денег все равно не хватит на всех, и пытаются хотя бы потереться около и просто примазаться к моей фантастической популярности. А Густав Курбе, он не из них, и он даже не тот, за кого себя выдает. О, что-то я разболтался, разве с хорошенькими барышнями говорят на такие серьезные темы? - перешел он на игривый тон.
- Так кто же ты на самом деле? Умеешь разговаривать как человек, и еще много чего в тебе есть, что выгодно отличает тебя от обычного животного, - задумчиво спросила я, с любопытством заглядывая ему в глаза. Главное - не дать разговору закончиться и не переставая отвлекать волчару - мало ли что ему взбредет? Я даже думать об истинных его намерениях не хотела.
- Больно ты любопытна, крошка, для обычной деревенской девушки, - с подозрением проговорил Волк, слегка отстраняясь и, глядя на меня уже совсем другим, звериным, взглядом, медленно произнес: - Попробуем, какая же ты на вкус...
- Бабушка-а!!! - не своим голосом завопила я.
- Ты чего? - опешил Волк.
- Извини, я не то хотела сказать. А-алекс!!!
И тут с крыши гостиницы, у задней стены которой мы стояли, на нас упала сеть, раздались выстрелы, полетели камни! Свист, вой, огни, улюлюканье! Мы с Волком как угорелые бросились в разные стороны, он легко порвал сеть, вырвавшись на свободу, и прыгнул в ночь. Я видела бегущих к нам людей с ружьями, рогатинами, вилами. Запутавшись в сети, я бросилась к ним навстречу, рухнула и тут же почувствовала, как меня схватили в охапку. Пришлось вновь брыкаться и орать:
- Отпусти, волчара позорный! А-алекс!!!
- Это я и есть, твой Алекс. Не надо меня бить, пожалуйста, - взмолилось существо, схватившее меня, ослабляя хватку.
Я вытаращила на него глаза. Точно, это был Алекс. Волка и след простыл. Народ остановился в недоумении, похоже, никто не заметил, куда он делся.
- Сначала зовет, потом пинает, что за манеры у тебя, Лина Жаннет? - раздраженным тоном выпалил Алекс. - Я с голыми руками кидаюсь между тобой и Волком, спасаю тебя от верной смерти, и вот она - благодарность?!
Я была готова его укусить, командор предусмотрительно отпрыгнул в сторону. Охотники, солдаты, крестьяне - все столпились кучей и галдели. Один говорил, что Зверь кувыркнулся в воздухе и исчез, другой, будто тот превратился в летучую мышь, третий шутил, что оборотень спрятался у меня под юбкой. Его я постаралась запомнить...
Жак Коротышка суетился больше всех, призывая народ сейчас же идти в лес и завалить Зверя, больше ему некуда деваться, наверняка он туда и побежал. В толпе мелькал Меризо Замочная Скважина и прислушивался. Получалось, Алекс успел ближе всех прикоснуться к Зверю, а значит, с него и спрос. Я бросила в его сторону гневный взгляд, ружья при агенте не было и в помине.
- Слушай, хитромудрый охотничек, а где твое ружье с серебряными пулями? Ты, вообще, осознаешь, что больше такого шанса не представится? Десять тысяч ливров, между прочим, на дороге не валяются, да и почетная грамотка от начальства была бы уже у тебя в кармане, а я знаю, что она тебе дороже десяти тысяч ливров. Как ты мог так облажаться?
- Тебе, кстати, крупно повезло, что я поблизости сшивался. Извини, что, когда выхожу по нужде, про ружье как-то не вспоминаю. Конечно, услышав твой крик, я мог бы побежать за ним на второй этаж, почистить, зарядить и без суеты вернуться сюда. Но ты бы потом сама обвиняла меня в черствости и эгоизме!
Нет, я тоже высказала ему все, что я о нем думаю, но какой смысл ругаться? Разумнее было пойти спать, тем более что время приближалось к полуночи. Люди стали расходиться, глупо тащиться в лес ночью, тем более не факт, что их там кто-то заждался, а завтра рано утром многим выходить на работу. Меризо тоже исчез, видно, и тайным агентам отдыхать все-таки нужно, хоть иногда.
- А где агент 013? Ты его не видела? - зевнул - командор, когда мы поднимались по лестнице.
Я проигнорировала его вопрос, хлопнув перед самым носом дверью своей комнаты.
- Завтра с утра идем в лес, сестричка, ставить капканы, - крикнул он, приложив губы к замочной скважине, - в девять утра я зайду за тобой, чтобы была готова.
Я слышала, как он, удаляясь, насвистывает "Марсельезу", а потом и скрип двери его с Мурзиком номера.
Можно было отдышаться и позволить себе расслабиться... Я причесалась, стоя над тазиком, умылась теплой водой из кувшина, разделась и легла, укрывшись одеялом. Наконец-то этот суматошный день закончился, и сон смежил мои ресницы. Мне стал грезиться Вальмон, который одновременно был и Алексом, и уборщиком на нашем постоялом дворе. Послышался какой-то шум, и я мгновенно очнулась. В стекло кто-то стучал, вернее не стучал, а кидал камешки. Я вскочила с кровати и подошла к окну. На опустевшей улице, залитой лунным светом, прямо под моими окнами стоял Волк. Заметив, что я его увидела, он призывно замахал лапой, вероятно приглашая на прогулку, и многозначительно подмигнул. Решив признать его галлюцинацией, я показала Зверю язык и спокойненько проспала до самого утра...
Едва светало, когда я проснулась от таких громовых ударов в дверь, словно ее пытались пробить тараном. Выскочив из постели в одной ночной рубашке, я рванула щеколду, дабы обрушить на ранних гостей, кто бы они ни были, хоть старикашка Людовик XV со свитой, все. что я о них думаю. На пороге стоял свежий как огурчик Алекс, одетый по-дорожному, за плечами ранец, в руках ружье, а у ног его сидел агент 013. Но этот был, похоже, не в таком радостном расположении духа. После вчерашнего у кота были еще мутные и покрасневшие глаза, а шерсть на спине склеилась от селедочного рассола. Я только раскрыла рот, как "мой брат" меня опередил.
- Жаннет, ты еще не готова?! Сколько прикажешь тебя ждать?! - раздраженно выпалил он, пряча благожелательную улыбку. Я только собиралась вставить слово, но мне опять помешали: - Мы ждем тебя внизу, в трактире. Надеюсь, десяти минут тебе хватит, чтобы собраться, - строгим голосом напомнил командор. После чего, резко повернувшись, быстро спустился по лестнице, не оставив мне возможности высказаться. Кот еле поспевал за ним, его еще здорово пошатывало после вчерашнего.
Как видите, выбора мне не оставили, поспать все равно уже не удастся, поэтому я скоренько привела себя в порядок: оделась, умылась и спустилась вниз.
- Во сколько ты должен был за мной зайти, братец? - окинув Алекса недовольным взглядом, спросила я, опершись руками на стол. - В девять! А сейчас еще нет и семи!
Но ожидаемых мук совести мои слова у него не вызвали, он просто зевнул и равнодушно пожал плечами. В трактире еще ничего не готовили, потому что посетителей не было, но для нас на скорую руку был сделан омлет с грибами, а коту мы взяли для больной головы гофмановский селедочный рассол.
Спустя полчаса мы уже шли по деревне сытые, суровые, и настроение у всех было заметно приподнятое. Жизнь вокруг кипела. Крестьяне с косами направлялись на сенокос, пастух гнал коров на пастбище, женщины выгоняли скотину за ворота. Командор подмигнул какой-то востроглазой девушке и обменялся с ней подозрительно-заговорщическим взглядом. Мне это почему-то совсем не понравилось, я обернулась и показала ей кулак. Мы неторопливо шли через луг, нас обгоняли другие охотники, с ног до головы увешанные капканами и оружием. Невдалеке в том же направлении, что и мы, шествовал какой-то странный тип - здоровый толстяк с гренадерскими усами в женской юбке и широкой кофте. На ногах - деревянные башмаки, такие же, как у меня, только размеров на пять больше. Я сначала зажмурилась на мгновение, думала, видение исчезнет, но не тут-то было, оно не только не исчезло, но и направилось к нам.
- Его нам только не хватало, - процедил сквозь зубы Алекс, пояснив мне, что это Толстый Жан, очень активный ловец жеводанского Зверя. Драгунский сержант из отряда Леона. Правда, если бы еще к его рвению добавить немножко ума...
- Здорово, Жан. Как ты после вчерашнего? Вижу, вижу, неплохо выглядишь. Позволь представить тебе эту милую девушку - моя младшая сестра Жаннет. Вы даже тезки. Правда, на этом сходство заканчивается.
Толстый Жан уже схватил мою руку обеими своими лапищами и возбужденно тряс, улыбаясь во всю ширь своего простецкого доброго лица. Вид бывалого ветерана в женском платье не просто потрясал, а доводил до ступора. Я застыла, невежливо распахнув рот...
- Очень приятно познакомиться, мадемуазель. Много хорошего наслышан о вас от командира нашего отряда капитана Леона.
- Вэк...
- Что, что?! - переспросили Алекс с сер


по всем вопросам о размещении рекламы и новых книг обращаться в аську.
 
ВампирДата: Вторник, 09-Февраля-2010, 12:50:30 | Сообщение # 10
Admin
Группа: Администраторы
Сообщений: 186
Награды: 0
Репутация: 0
Статус:
Толстый Жан уже схватил мою руку обеими своими лапищами и возбужденно тряс, улыбаясь во всю ширь своего простецкого доброго лица. Вид бывалого ветерана в женском платье не просто потрясал, а доводил до ступора. Я застыла, невежливо распахнув рот...
- Очень приятно познакомиться, мадемуазель. Много хорошего наслышан о вас от командира нашего отряда капитана Леона.
- Вэк...
- Что, что?! - переспросили Алекс с сержантом.
- Э-э... Очень надеюсь, что действительно только хорошее, - через силу улыбнулась я, на душе было довольно кисло - кто дал право этому зарвавшемуся капитанишке Леону трепать мое имя среди пьяных солдат?!
- Интересно, откуда Леон знает о тебе столько хорошего? Рассказал бы мне, я бы тоже, может, узнал что-то новое, чего раньше ну никак не замечал, - отвлеченным тоном, как бы между прочим, буркнул командор и принялся свистеть, дескать, что ему до всего этого абсолютно нет никакого дела.
- Извините, если не секрет, почему вы так необычно одеты? - не выдержала я, делая вид, что не замечаю реакции Алекса.
- Это приказ капитана, маскируемся под женщин, - улыбчиво разъяснил словоохотливый Жан. - Стараемся, так сказать, сыграть на мужской слабости Зверя. По-моему, это очень хитроумный маневр, и, если сейчас Волк не клюнет, то его поимка дело безнадежное.
- А почему вы уверены, что Зверь обратит внимание именно на вас? - недоумевала я. От такой "красотки" можно было только шарахаться...
- Потому, что наш отряд не просто оделся в женские одежды, но и будет всячески пытаться попасть Волку на глаза! Мы будем гулять по лесу, крутиться около речки, где его чаще всего встречают. Иногда он подглядывает за купальщицами, хи-хи! Если в это время я буду сидеть в камышах на берегу, то подкараулю Волка и застрелю его. А потом, кому же еще прихлопнуть эту бестию, как не сержанту армии французского короля? А французская армия самая сильная в Европе, мадемуазель, не подведем честь мундира!
С этими словами Толстый Жан сорвался с места и галопом побежал в лес, путаясь в складках юбки, из-под которой явственно выпирало короткое ружье. Кот, героически молчавший во время нашего разговора, встал на задние лапки и выразительно покрутил когтем у виска. Я была с ним полностью солидарна.
Когда мы уже ступили под сень деревьев, я спросила у Алекса:
- И что теперь?
- Раскидаем капканы, а потом... А-ай!!! Черт их всех раздери!!!
Бедняга Алекс попал в капкан. Такой мощный, огромный, рассчитанный, наверное, на медведя, мы и не заметили его сразу в высокой траве. Я встревожено суетилась, пытаясь помочь командору освободиться, а кот в это время безмятежно точил когти о пенек и философствовал:
- Успокойся, Алекс, не подвывай так, каждому из нас в жизни уготован свой капкан. Тот, из которого ты сейчас на пару с Алиной пытаешься вытащить свой башмак, еще не из самых страшных. Погоди, друг мой, - оптимистично предрекал он, - вот женишься, и это будет еще тот капкан, почище десятков таких, в который ты сейчас угодил.
- Хватит каркать! О-е-е!!!
Наконец-то стальные челюсти были разжаты, а наш напарник освобожден. Приглядевшись, мы только сейчас узрели, что в лесу, насколько хватало глаз, под деревьями, кустами и на открытых полянках - все было усеяно капканами всех размеров и конструкций, которые только существовали на свете!
- Нам тут делать нечего, - заключил Алекс, потирая пострадавшую ногу и, прихрамывая, побрел прочь из леса. Мы с Пусиком, естественно, поплелись за ним. Профессор взял слово, когда мы вышли из леса.
- Пора разработать действенный план ликвидации жеводанского Зверя. Еще вчера утром мы наивно полагали, что уничтожить его будет легко, по крайней мере, легче, чем справиться с летающими головами. Теперь же, видя многочисленных претендентов на шкуру Волка, мы понимаем, что он, похоже, действительно неуловим. Признайте, что эти люди здесь намного дольше, чем мы, и не сидят сложа руки. Если поглядеть хотя бы на этого Толстого Жана и усеянный капканами лес, становится ясно: охота приобрела характер крупномасштабного действия! Но вернемся к Зверю... Несомненно, он не обычное лесное животное, но кроме этого мы ничего не знаем о его уме, привычках и способностях. Кто он?! Как ему удается ускользать так ловко во время облав, совершаемых столь периодично, что, похоже, они уже вошли в традицию, став для народа чем-то вроде развлечения. Несомненно, нам надо разработать тончайший план, но сделать это будет сложно, пока мы не узнаем, кто же на самом деле этот Волк - оборотень, демон, мистификация, исчадие ада или же кто-то еще и какие у него уязвимые места.
- Я знаю, что он любит утку по-мексикански, нельзя ли это как-то использовать? - Ничего более подходящего случаю сразу не вспомнилось. - Ее можно положить в капкан и...
Кот смерил меня взглядом, сокрушающимся о моей безысходной тупости.
- Деточка, этот Волк не глупее тебя, - сказал он, сузив глаза, и это еще было комплиментом моему уму.
- Все ясно. Придется подождать и посмотреть, как будут разворачиваться события, - заключил Алекс. - На эту операцию нам выделено две недели, так что время есть.
- Две недели в этой занюханной дыре?! Ребята, давайте на выходные смотаемся в Париж!
- Такой отдых мы пока ничем не заслужили. Будем ждать здесь, на крайний шаг пойдем только в крайнем случае.
- А что это за крайний шаг? - с любопытством осведомилась я, семеня рядом (на один шаг Алекса приходилось три моих, поэтому приходилось именно семенить).
- Использовать тебя как приманку, - спокойно ответил командор и посмотрел на меня так, как будто уже видел перед собой покойницу.
- Э-э, я так не согласна! - испуганно зачастила я. - Почему я?! Почему чуть что, сразу я? Это несправедливо! Пусть кот будет приманкой.
Профессор вновь одарил меня братоубийственным взглядом, но Алекс посмотрел на него очень внимательно, казалось, всерьез обдумывая мои слова. Наконец он покачал головой:
- Нет, не сработает. Волк не поверит, что агент 013 - девушка. А ты единственная девушка у нас в отряде, к тому же вроде бы он уже положил на тебя глаз.
- Почему не поверит? Поверит! Мы только наденем толстуну чепец... - Кот возмущенно фыркнул и демонстративно отвернулся, задрав хвост. - Заставим ходить на задних лапах и строить глазки. Очень даже симпатичная выйдет девушка, усатая, полосатая - просто загляденье! - суетливо трещала я, всеми силами пытаясь убедить командора. Однако при более детальном взгляде пришлось признать свое поражение и...
О, новая идея!
- Ты прав! У кота с ростом проблемы, а на усатую лилипутку с кривыми ногами и хвостом Зверь точно не клюнет. Но вот ты со своей смазливой физиономией выйдешь такой потрясной красоткой, что Волк просто не сможет пройти мимо!
- Подожди, подожди, хочешь сказать, что я похож на девушку?! Да я специально несколько дней не буду бриться, увидишь тогда, гожусь я на эту роль или нет.
- Не имеешь права! - возмущенно воскликнула я. - Дело превыше всего, на спецзадании ты не можешь выставлять свои амбиции. К тому же сейчас явно не моя очередь. Один раз я уже заманила Зверя в ловушку, тебе оставалось сделать такую малость - просто пристрелить его, пока я из последних сил, рискуя своим здоровьем, удерживала Волка на месте. И даже тут ты ухитрился забыть ружье! - выпалила я махом, обвиняюще тыча пальцем Алексу в грудь.
- Странно, я слышал от него абсолютно другой вариант этой истории, - пробормотал себе под нос кот.
- Хорошо, не хочешь быть приманкой - не надо, - неожиданно спокойно отступил Алекс. - Думаю, дело с Волком вполне может решиться прямо сегодня вечером. По случаю переименования трактира "Баран и ворота" в "Волк и бабушка" сегодня будет презентация этого события и праздник для всей деревни. Я слышал накануне, жители рассчитывают сделать это мероприятие ежегодным. Они собираются его назвать День Страшного Волка - все-таки Волк их местная достопримечательность и привлекает туристов, что приносит немалые доходы в деревенскую казну.
- Ну и что? - спросила я, не понимая, какое отношение предстоящее событие имеет к нашему делу.
- А то, что Волк не преминет поприсутствовать на презентации новой вывески. Он слишком тщеславен, чтобы пропустить такое событие, окончательно утверждающее его наполеоновские амбиции.
- Понятно, - сказала я. На деле понятного было мало. Неужели ребята рассчитывают застрелить Зверя, пока он будет торжественно перегрызать красную ленточку? Или будут палить навскидку в толпу, ориентируясь на голос...
Гадать можно было до бесконечности, разумнее просто дождаться вечера. Когда мы вернулись в деревню, Алекс с котом сказали, что идут в трактир. К тому же эти нахалы отвергли все мои попытки увязаться за ними, аргументировав это тем, что у них там будут чисто мужские посиделки, а мне лучше походить по деревне, прислушиваясь к разговорам ее жителей, - вдруг я услышу что-нибудь интересное о жеводанском Звере.
Лично меня подобное перераспределение обязанностей совсем не устраивало, я затопала ногами и стала возмущаться на всю улицу. Командор прямолинейно сказал, чтобы я заткнулась и уже воспринимала его предложение как приказ, что они с агентом 013 мужчины и у них больше прав, кроме того, их заранее пригласили на этот мальчишник в трактире, устраиваемый по случаю женитьбы Жана Пьера, насколько я помнила, местного героя-любовника. И напоследок, как бы оправдываясь, Алекс пояснил, что не пойти они не могут, потому что на мероприятии предусматривается бесплатная выпивка. А егермейстер, отказывающийся от бесплатной выпивки, выглядит более чем подозрительно. После чего ребята, развернувшись, с радостным прискоком рванули к трактиру, куда стекалось, как я только что заметила, почти все мужское население деревни, оставив всю дневную работу на своих женщин.
Мне ничего не оставалось, как, проводив своих товарищей тоскливым взглядом, отправиться вдоль по улице. От нечего делать в голову лезли самые пустые мысли, как, например: кого же все-таки выбрал Жан Пьер из четырех претенденток? Может, они кидали жребий? Или тыкались спицами через платок? И как, интересно, будет проходить праздник? Я знала, что на юге Франции устраивали бои быков и бега коров, но тут, в Оверни, люди к коровам, а коровы к людям относились гуманнее и понапрасну друг друга не беспокоили.
Я вышла на площадь у церкви. Здесь сидели кружком девушки и плели венки, выбирая более-менее пригодные ромашки из целого стога полевых цветов, сваленного рядом. Готовясь к празднику, некоторые из них украсили лифы платьев красными и фиолетовыми цветами. Крестьяне деловито готовили трибуну, которой служила старая разваливающаяся телега, сверху покрытая досками. Я немного побеспокоилась, что во время выступления оратора - а староста Жак Коротышка должен был произносить торжественную речь по случаю праздника - она почти наверняка рассыплется в труху или просто рухнет. С другой стороны подъехали фургончики с бродячими актерами, они стали устанавливать свою сцену, презрительно косясь на телегу.
Среди плетущих венки девушек я увидела трещавшую без умолку Жослин и направилась к ней.
- О, привет, Жаннет! - Всем своим видом Жослин показывала, что ей не очень приятно меня видеть, но она продолжила, почему-то поджав губы: - Не думай, я не в обиде, я тебя понимаю - каждая девушка у нас на селе мечтает об этом.
- О чем?! - У меня расширились глаза. Почему-то сразу представилось что-то очень неприличное...
- Ты прекрасно знаешь о чем, милая... Почему ты так смотришь? Не надо ради меня притворяться! Разумеется, о том, что сегодня вечером твоя свадьба с Жаном Пьером!
Я растерянно окинула взглядом лица всех девушек, ожидая, что кто-нибудь сделает опровержение, но все они молчали, уставившись на меня злобно-завистливыми взглядами.
- Э-э, девчонки, вы что-то путаете, - промямлила я.
Вся эта орава в любой момент могла вскочить и наброситься на меня с неконтролируемой яростью, тем более, что тут присутствовали все четыре претендентки, считая Жослин. А она вдруг, сменив гнев на милость, кинулась мне на шею и стала искренне желать счастья, целуя и крепко обнимая. Я попыталась высвободиться, видя, что на нас уже косятся, но тщетно.
- Извини, не хочется тебя разочаровывать, - из последних сил, чувствуя, что мне уже не хватает воздуха, выговорила я. - Но я даже никогда не видела этого вашего любимчика, так называемого Жана Пьера. Кто тебе сказал, что я за него выхожу замуж? Вы меня с кем-то путаете.
Жослин, наконец, стала соображать. Она немедленно выпустила меня и впала в глубокую задумчивость. К сожалению, тут негде было достать кислородную подушку, в которой я больше всего нуждалась на данный момент, - хватая ртом воздух, я была вынуждена осесть прямо на землю. Встреча с Волком прошла для меня заметно легче, чем с этой ненормальной... Какой черт дернул меня к ней подойти, и что это за треп обо мне и местном донжуане? Жослин недоуменно смотрела на меня:
- Мне сказала Мари Анна, а ей Мария Луиза, а Марии Луизе призналась Мадлен Тибо, а Мадлен услышала об этом от своей тетки Симоны, которой рассказала Тереза Пирожница, а ей бабушка Марго, а бабушке Марго я не знаю кто. Получалось, что ты, Жаннет, сестра королевского егермейстера Густава Курбе, который только вчера появился в нашей деревне по приказу короля, давшего ему две недели на поимку жеводанского Зверя, выходишь замуж за Жана Пьера. А еще я слышала - король велел твоему брату, непременно связав, доставить волка живым в ближайший административный округ, где бедного Волчика должны будут судить и по вынесении приговора сначала повесить, потом отрубить ему голову, колесовать и под конец четвертовать, после чего все части его тела, кроме головы, собрать, поместить в самую большую пушку и выстрелить в сторону Австрии, а голову ваш брат должен положить в инкрустированный сундучок и доставить в Париж ко двору. Все это приказ короля, который я видела собственными глазами. Так что, ты не выходишь замуж?
Это была кульминация. Я почувствовала сильное головокружение и желание выругаться матом.
На протяжении всего рассказа подружки Жослин энергично кивали, подтверждая каждое ее слово. Я кляла себя за то, что вообще приблизилась к этим дурам, но теперь мне ничего не оставалось, как утолить их любопытство и рассеять сомнения.
- Нет, тут какая-то дикая ошибка! Я клянусь вам, что у меня и в мыслях не было намечать на сегодня свою свадьбу, тем более, что такое ответственное решение я не стала бы принимать с бухты-барахты.
- А-а, так все-таки это правда! - вскричали сразу несколько сельчанок.
- Я не знаю вашего вшивого Жана Пьера, берите его себе с потрохами, без остатка. Он мне не нужен, сколько вам повторять?!
Кажется, девчонки начали мне верить. Но все же хотели быть уверенными до конца.
- Поклянись, что сегодня у тебя не будет свадьбы, - деловито потребовала Жослин. - И что ты никогда не выйдешь за Жана Пьера!
- Клянусь. - Но в душе в этот момент я засомневалась: если этот парень действительно такой красавчик, к тому же если он уже заочно согласен и даст мне французскую прописку, то почему бы и нет? Это стоило сделать хотя бы из-за того, чтобы досадить зарвавшимся сельчанкам, - ведь их зависть будет обеспечена, а что еще так удовлетворяет самолюбие женщины и делает ее счастливой, как не зависть окружающих женщин. Если я выйду за Жана Пьера, мне будут завидовать здесь так же, как завидовали бы дома, если бы я была женой Бреда Пита. Не меньше и даже больше, я думаю.
Поразмыслив таким образом, я помирилась с Жослин. Она и все девушки, услышав мою клятву, облегченно вздохнули (надежда к ним вернулась) и продолжили плести венки с заметно большим энтузиазмом.
Две женщины средних лет вешали огромные еловые венки на двери и окна деревенской церквушки. Я прошла мимо, собираясь выйти на луг и расспросить пастухов о Волке - неужели он никогда не нападал, пытаясь стащить ягненка? Если это так, то наше убеждение в том, что этот Волк мало чем, кроме внешности, похож на обычного, подтверждается еще одним фактом.
Переходя деревянный мостик через речку, отделяющую деревню от полей и пашен, я увидела сидящего под мостом человека, весьма странно одетого - в лохмотья серого цвета со следами черно-белых полос. На руках и ногах - браслеты кандалов с разорванной цепью. На черном от грязи лице сверкали голодные глаза. Он поманил меня пальцем. Я остановилась как вкопанная - разные люди тут попадаются.
- Здравствуй, мамзеля, не найдется какой-нибудь мелочишки в кармане, век воли не видать? - прохрипел он, смачно сплюнув, и выжидательно уставился на меня.
- Иди работай! - парировала я и, собираясь отправиться дальше, подобрала юбку, делая первый шаг. Но этот проходимец тут же выскочил из-под моста, перегородив мне дорогу.
- Ну че, тебе жалко, что ли? - неожиданно заканючил он. - Я шесть дней не ел, совесть-то имей.
- Же не манж па сие жур? - удивилась я. - Бывший депутат Государственной Думы?
- Нет! - Похоже, проходимец поразился еще больше моего, но тут же вернулся к прежнему плаксивому тону: - Ну не жлобись! Сама небось в две хари жрешь, когда обедаешь, вон как бубен-то отъела.
Я покраснела от досады и, собрав всю свою волю в кулак, одарила его презрительно-высокомерным взглядом.
- Отойди с дороги, бездельник, иначе я позову своего брата, человека с ружьем! - пообещала я, в душе не очень-то веря, что мое требование будет тут же выполнено. Оборванец и не подумал сдвинуться с места и посматривал на меня искоса весьма нахальным взглядом. Пришлось лезть в декольте за деньгами. Фиг с ним, до Алекса действительно не доорешься, а жизнь дороже. Я выкопала оттуда всю мелочь и отдала пройдохе. Тот, казалось, был удовлетворен, с возбужденно сверкающими глазами он пересчитал монеты, предварительно освободив мне дорогу. Я быстренько спустилась с мостика, пересекла рощу и вышла на тропинку в поле. И тут только заметила, что по пятам за мной следует Замочная Скважина.
Еще в деревне я обратила внимание, что он то и дело оказывается за моей спиной, но тогда не придавала этому значения. Пришлось остановиться и подождать - Меризо, по всему видать, топает за мной не меньше получаса, такое настойчивое внимание не может не льстить. Я с улыбкой глядела на приближающегося тайного агента, который, похоже, совсем не обрадовался перспективе общения со мной. Вжав голову в плечи, он затравленно оглянулся, посмотрел по сторонам, в последней надежде, что я жду совсем не его, а кого-то, кто сейчас вынырнет из густых рядов пшеницы. Но чуда не случилось - мы с Меризо, к его нескрываемому разочарованию, оказались одни на всем поле. Не считая, конечно, переодетых в крестьянок королевских солдат, они теперь шныряли повсюду, в том числе и здесь, тщетно пытаясь попасть на глаза Волку.
- Добрый день, господин тайный агент, - любезно поприветствовала я, дождавшись, когда он подойдет ближе. На самом деле от Меризо я хотела узнать только одно: как он преодолел заслон в виде каторжника? Откупившись? Или, может, имеется другой способ? Поскольку срочных дел у меня не было, я решила во что бы то ни стало утолить свое любопытство, касающееся данного вопроса.
- Не имею чести быть знакомым, мадемуазель, - пробормотал Замочная Скважина и попытался ретироваться. Не тут-то было! Я успела схватить господина Меризо за полу камзола, прежде чем ему юркнуть в самую густую часть пшеничного поля. Он упирался, я тянула, Меризо пришлось сдаться.
- Послушайте, я всего лишь хотела спросить, как это вы так быстро миновали того типа, что стоит у моста и говорит, будто он является представителем таможенных служб, - выдала я на одном дыхании. Сотрудник тайной канцелярии оставил наконец все попытки сбежать и с обреченным видом уставился на меня.
- А вы как? - спросил он, переминаясь с ноги на ногу от очевидного смущения.
- Как все, дала ему на лапу - ничего другого не оставалось, - охотно поделилась я.
- А меня он просто так пропустил, как это ни странно звучит, - краснея, признался Замочная Скважина. - Окинул жалостливым взглядом, просто возмутительно, и сказал: "Проходи, вижу, что с тебя шиш возьмешь".
Что имел в виду каторжанин, и так было понятно. Стоило взглянуть на не просто непритязательный, а довольно потрепанный вид Меризо, как на глазах от жалости выступали слезы. Черный бархатный камзол был настолько засален и весь в таких огромных проплешинах - ну просто стиль а-ля клошар, если бы не претензии на былую изысканность. "Наверное, это оттого, что полицейским чиновникам мало платят", - подумала я и отчего-то начала испытывать нечто похожее на симпатию к этому таинственному человеку.
- Что вы думаете насчет этого Волка? - Мне показалось разумным завязать светскую беседу.
Подобно Меризо заложив руки за спину, я шла с ним рядом и заглядывала ему в лицо. Беднягу это очень мучило, он не мог смотреть прямо в глаза собеседнику. Живо подметив эту его слабость, я решила поразвлечься и не сводила с него влюбленного взгляда. Меризо отворачивался, вжимал голову в плечи, пытался забежать вперед, но это было бесполезно. Он и краснел, и бледнел, и страшно потел, постоянно вытирая большие красные руки об полы камзола. А на деле оказался добродушным малым, врожденная застенчивость даже добавляла ему долю привлекательности, пусть небольшую, но все же.
- По правде говоря, мадемуазель, у меня есть сильное подозрение, что этот местный Волк совершеннейше политически неблагонадежный субъект. Боюсь, скорее всего он тайный лазутчик Австрии. - Последние слова были произнесены шепотом, так что мне пришлось сильно напрячь слух.
- Да что вы говорите?! - расширила я глаза. - Какая интересная догадка...
Тронутый поддержкой, Меризо, несмотря на свой статус, обязывающий самому молчать в тряпочку и больше слушать других, совсем разоткровенничался и попытался выдать мне все секреты, известные французской тайной полиции. Нет, в самом деле, все секреты, касающиеся внешней и внутренней политики страны, включая тайны дипломатии и неизвестные широкой общественности сведения о последствиях семилетней войны с Австрией. Мне надо было зажать уши, но любопытство пересилило добрые намерения, и я их еще больше навострила. Вот что случается с тайными агентами королевского сыска, лишенными на протяжении многих лет нормального человеческого общения. Бедняге хватило малейшего проявления внимания со стороны "деревенской" девушки, чтобы позабыть об издержках своей профессии, как то: что нужно держать язык за зубами и не раскрывать служебные тайны кому попало, кроме непосредственного начальства. Странно, но почему-то все мужчины при первом знакомстве со мной начинают изливать душу, будто я по меньшей мере приходский священник. Под конец своей исповеди Меризо немножко сник, похоже сообразив, что сболтнул лишнее и теперь за мной нужен глаз да глаз, и с надеждой сказал:
- Сегодня вечером праздник в вашей деревне, поэтому я попросил бы, если вы будете так любезны, разрешения быть сегодня вашим спутником.
Он потер руки и уставился на меня умоляющими глазами.
"Ах ты, иезуит коварный..." - добродушно подумала я и, с самой широкой улыбкой глядя на тайного агента, произнесла:
- О чем речь! С сегодняшнего утра, уже несколько часов я удостоилась чести, и вы являетесь даже моей тенью, а не просто спутником. Так что тут и разговора быть не может, даже если бы я сказала вам "нет", то от этого ничего бы не изменилось, скорее всего вы бы все равно следовали за мной.
Поначалу он слегка опешил, но потом согласился:
- Да, вы правы, мадемуазель, - и грустно одарил меня чистым и невинным взглядом младшего сына главного раввина.
Когда мы вышли с пшеничного поля на луга и дошли до ближайшего пастбища, двое юных пастушков как раз обедали, наворачивая по целому батону хлеба и запивая его молоком. Нашему с Меризо появлению они не очень-то обрадовались, поэтому сначала скорчили недовольные рожи. Что, впрочем, не помешало вскоре сменить гнев на милость и приветствовать нас маслеными ухмылками.
- Здорово, мальчики!
- Привет, подруга! - ответил один из них и, пока я придумывала вопрос, обратился к своему товарищу: - Роскошная телочка, правда? Вот с ней бы я оторвался по полной хотя бы вон в тех кустах.
- Ну ты загнул, братишка. У меня в башке звенит от твоих откровений. Разве можно так говорить о городской дамочке, да еще сестре королевского егермейстера?! Когда-нибудь тебе точно заряд дроби достанется в задницу от ее благодарного братца.
- Ладно, не канючь, разве я не правду сказал?
- Да просто говорить надо умеючи! Видишь, девчонка интереса не проявляет, наверно, никак не поймет. Слышь, подруга, мой приятель хотел предложить тебе свои услуги. Но я лучше растолкую так, что тебе сразу станет вдомек: девчонки в деревне говорили, что ты городская штучка и ищешь сельской любви? Ну так мы не прочь... Я имею в виду - я, ты и этот оболтус Жеримо. Что скажешь, а?
- Послушайте, это возмутительно, - сообразил, наконец, что к чему, тайный агент.
Я же без лишних слов шагнула к паренькам и подняла с земли чью-то пастушью палку. Неблагополучная молодежь попробовала отшутиться, но неудачно. У меня уже был хороший опыт борьбы с летающими головами... Озабоченные мальчики бросились врассыпную, но далеко не ушли. Отвешивая крепкие удары, я уже во весь голос сыпала вполне обоснованными угрозами, тут же претворяя их в жизнь. Говорят, их жалостливые вопли разносились далеко по полям, заставляя вздрагивать жителей двух соседних деревень, креститься и шептать: "Это наш Волк на дневную охоту вышел, совсем залютовал, собака!" Потом я слышала, что особо сердобольные люди сразу после этого создали Фонд помощи голодающему соседу. Подразумевался, естественно, "недоедающий" сосед Волк, для которого делались пожертвования в виде съестных припасов, оставляемых на опушке леса раз в три дня. К слову, их тут же разбирали радостные клошары, и с тех пор каторжника больше никто не видел собирающим пошлину за проход через мост.
Но в целом мой поход за деревню прошел безрезультатно, если не считать неожиданно завязавшиеся приятельские отношения с Меризо. Вернувшись обратно, мы застали деревню уже приготовившейся к предстоящему празднику. На площади, разнаряженной цветами, постепенно собирались не менее нарядные сельчане и сельчанки. Фургончик бродячих актеров был превращен в сцену с яркими цветными занавесками, подразумевающими кулисы. Кто-то бойко торговал фруктами и сластями, счастливые дети с визгом носились взад-вперед. У самого края площади, где росли раскидистые деревья, было огорожено место для танцев, там же расставлялись столы. Из трактира, который сегодня переименовывался, доносились разные вкусные запахи. Меризо снова превратился в немого подсматривальщика и подслушивальщика, то есть бескорыстно пакостящего соглядатая. Жослин то и дело проходила мимо меня, высоко задрав нос, но вскоре сдалась. Похоже, я была единственной, кому она еще не рассказала об очередном сверхважном происшествии, о котором она наверняка знала, как всегда, больше всех.
- Не знаю, Жаннет, зачем я еще на тебя дуюсь, ведь оказалось, что ты действительно тут ни при чем, - защебетала она, так и кинувшись ко мне.
- В чем? - спросила я, отступая на шаг.
- Жан Пьер действительно женится, но не на тебе, - приближаясь вплотную, сообщила она тоном, не скрывающим радости оттого, что мне, так же как и ей, не достался этот деревенский покоритель сердец.
Н-да, этот тип представлял собой редкостное сокровище, не оцененное, вероятно, только мной.
- А на ком? - вежливо полюбопытствовала я, думая, как бы поскорей от нее отделаться. Надо было отыскать Алекса с агентом 013, я же их целую вечность не видела - часа четыре, не меньше.
- На Кривой Магдалене, этой толстухе, дочери нашего деревенского старосты Жака Коротышки, - тяжело вздохнув, сообщила мне милая сплетница.
- Может, это тоже неверная информация, - предположила я, стараясь подбодрить девушку, - все опять переменится, - может, и свадьбы не будет?
- Как не будет? Я ведь уже сшила платье специально к сегодняшнему дню и приготовила подарок невесте - медный таз, который я собираюсь надеть этой жирной свинье Магдалене на голову и постучать сверху, - возбужденно поделилась со мной Жослин.
- Правильно, - поддержала ее я. - К тому же медный таз - незаменимая вещь в хозяйстве. Я думаю, Магдалена все равно будет рада, он ей потом пригодится для варки варенья.
На лице Жослин после моих слов отразились сомнения. А я, оставив ее в мучительных размышлениях, пошла к нашей гостинице. Подходя к ней, я увидела, что вывеску, знаменующую то, что здесь находится именно трактир "Баран и ворота", а не, скажем, "Козел и копыта", уже успели снять, а окна вымыты. До этого дня я думала, что стекла в них тонированные, оказалось, что нет, и это еще раз подтвердило тот факт, что человеку свойственно ошибаться. Зайдя внутрь, я не нашла там моих товарищей, увидев только несколько вдрызг напившихся деревенских мужиков. Усадив за стол свинью, они пытались заставить ее пить из горла марочную "Вдову Клико", судя по этикетке. Особенно усердствовал местный кюре. Свинья упорно отказывалась, дико визжала от возмущения, вероятно, была большой трезвенницей, и яростно вырывалась, пытаясь цапнуть "благодетелей" за пальцы. Время от времени ей это удавалось, и по залу разносился крик укушенного, мало чем отличавшийся от визга свиньи. В общем, народ веселился вовсю.
Я поднялась наверх. Какая-то необычная тишина. Вообще в гостинице жили не только мы втроем с котом и Алексом, но и еще с десяток постояльцев, как то: школьный учитель, к которому наведывался вечно нетрезвый звонарь; хирург, втихаря практикующийся на лягушках. Он резал их в своем номере, разделывал и тут же сам готовил и съедал - редкий гурман, поэтому он никогда не обедал внизу в трактире, питаясь только результатами своей деятельности. Остальные постояльцы торговали скотом, и эта деревня была, видимо, постоянным местом их дислокации. И говорите после этого, что женщины ненаблюдательны...
Но сейчас, поднявшись до верхней ступеньки, я почувствовала какую-то смутную тревогу. Тишина полная, даже муха не прожужжит, несмотря на жаркий мушиный месяц июль.
- Алекс! - крикнула я. Ответа, естественно, не было. И только я собралась свеситься через перила и спросить у жены трактирщика тетушки Марлон, куда все подевались, - дверь моей комнаты тихо со скрипом открылась.
"Наверно, горничная убирается", - попыталась успокоить себя я, но тревога нарастала. Впрочем, она никак не могла соперничать с разгоравшимся внутри любопытством, которое всегда являлось моим слабым местом.
Тут я услышала шум, веселые голоса на улице и громкий говор внизу. Я поняла по разговору, что это пришли за кюре.
- Невеста и жених уже ждут давно, да и люди начинают выказывать недовольство, святой отец, когда же вы, наконец, явитесь и соблаговолите начать церемонию.
- Да, святой отец, а свинью вы и потом сможете напоить. Если хотите, мы даже возьмем ее с собой.


по всем вопросам о размещении рекламы и новых книг обращаться в аську.
 
Форум » интересные произведения » Андрей Белянин, Галина Чёрная » профессиональный оборотень-1
  • Страница 2 из 6
  • «
  • 1
  • 2
  • 3
  • 4
  • 5
  • 6
  • »
Поиск:

Copyright MyCorp © 2019
Хостинг от uCoz